Апофеоз беспочвенности

«Апофеоз беспочвенности» — основополагающая работа Шестова, вызвавшая в свое время бурную и неоднозначную реакцию. Необычно в этом произведении ВСЕ — и его насыщенность парадоксами, и афористическая, смелая манера изложения, и — прежде всего — сама основная идея абсурдности человеческого существования и приоритета свободы человеческой личности над общественными нормами.
more
Impression
Add to shelf
Already read
243 printed pages
Бесплатно

QuotesAll

И с какой тоской мужчины грядущих веков будут вспоминать о наших женщинах, капризных, взбалмошных, несведущих, мало понимавших и не хотевших понимать. Целая половина человеческого рода не хотела и не умела понимать! В этом была надежда: может быть, и в самом деле можно обойтись без понимания? Может быть, логический ум не добродетель, а порок. Но в борьбе за существование, в силу закона о выживании наиболее приспособленных, погибло уже немало лучших человеческих свойств – видно, суждено погибнуть и женской нелогичности. А жаль, страшно жаль!
может быть, в человеческих суждениях о явлениях есть элементы и необходимые, и случайные, но, несмотря на все попытки, мы до сих пор не нашли и, по-видимому, никогда не найдем способа отделять первые от последних. Сверх того, мы не знаем, какие из них более существенны и важны. Отсюда вывод: философия должна бросить попытки отыскания veritates æternæ.[14] Ее задача научить человека жить в неизвестности – того человека, который больше всего боится неизвестности и прячется от нее за разными догматами. Короче: задача философии не успокаивать, а смущать людей.
Если моя теория не согласуется с фактами, – то тем хуже для фактов“, – сказал Гегель.
философия есть искусство, стремящееся прорваться сквозь логическую цепь умозаключений и выносящее человека в безбрежное море фантазии, фантастического, где
Какие бы строгие доказательства вы ни приводили, с какою бы уверенностью вы ни становились в позу Александра Македонского, в известных случаях вся ваша аргументация и весь пафос декламации будут потрачены даром.
Испытывать чувство радости или печали, торжества или отчаяния, скуки или веселья и т. п., не имея к тому достаточных оснований, есть верный признак душевной болезни». Так говорится в учебниках психиатрии… Одна из современных истин, доживающая свои последние дни.
Дом без крыши никуда не годится, – ergo размышления без начала и конца должны быть отвергнуты. Но ведь дом и без печей не удовлетворяет своему назначению – неужели же из-за этого писателям обзаводиться дымовыми трубами и заслонками? Да и вообще ведь доказательства по аналогии самые бедные и неубедительные доказательства, собственно говоря, даже совсем и не доказательства. А меж тем, сколько я ни напрягаю память, я не могу припомнить в пользу законченности больше ни одного серьезного довода. Домом с крышей исчерпывается все. Ведь нельзя же в данном случае ссылаться на стремления нашего разума!? К чему только не стремился уже наш бедный разум и чего только уже не оправдывали его стремлениями
credo, quia absurdum,
На Западе афористическая форма изложения – явление довольно обычное.
как можно требовать отчетливости и ясности в суждениях от тех людей, которых любознательность (будем думать, что любознательность достаточно в нас сильна) осудила странствовать по окраинам жизни? И как можно их дело приравнивать к делу обитателей центров?
Если человек вам скажет: scire est per causas scire,[6] можете больше не сомневаться: он уже не существует для философии, и философия не существует для него. Давно пора бросить старые предрассудки и открыто заявить: per causas scire est nescire.
нужно вновь разобрать по камням наполовину уже выстроенное здание
удивлением и недоумением я стал замечать, что, в конце концов, «идее и „последовательности“ приносилось в жертву то, что больше всего должно оберегать в литературном творчестве – свободная мысль
Je vais sans savoir où, j'attends sans savoir quoi
А все „потому что“ заключительные „итак“, даже простые „и“ и иные невинные союзы, посредством которых разрозненно добытые суждения связываются в „стройную“ цепь размышлений, – Боже, какими беспощадными тиранами оказались они! Я увидел, что так писать – для меня по крайней мере – невозможно. Ведь все мои собственные воспоминания читателя говорили мне, что самое обременительное и тягостное в книге – это общая идея. Ее нужно всячески вытравлять, если только не хочешь стать ее данником и бессловесным рабом
Zu frugmentarisch ist Welt und Leben. H. Heine.
В его терминологии слово «понять», а вместе с ним и слово «конец», вероятно, совсем отсутствуют. Разве нужно понять мир, разве нужно ограничивать наше познание мира тем, что мы уже испытали и узнали раньше? У него одно желание – идти вперед. Куда он придет, где найдет приют? Эти вопросы потеряли для него смысл. Он все больше и больше убеждается, что слова «покой», «приют» и другие, им равнозначащие, далеко не имеют той ценности, по какой они котируются в философии. Какое право имеют люди ввиду того, что происходит на их глазах, утверждать, что последней целью нашего существования являются успокоенность и самоудовлетворенность?
Опасность опасна для других, а не для меня

On the bookshelvesAll

Геннадий Парфенов

Люди, которые играют в игры.

andernovi

Философия

Алексей

Философия

Марина Балякина

Философское, духовное...

Related booksAll

Related booksAll

Лев Шестов

Афины и Иерусалим

Лев Шестов

Potestas clavium (Власть ключей)

Лев Шестов
Кир­ге­гард и эк­зи­стен­ци­аль­ная фи­ло­со­фия

Лев Шестов

Киргегард и экзистенциальная философия

Лев Шестов
Умо­зре­ние и апо­ка­лип­сис (Ре­ли­ги­оз­ная фи­ло­со­фия Вл. Со­ло­вьева)

Лев Шестов

Умозрение и апокалипсис (Религиозная философия Вл. Соловьева)

Лев Шестов
Твор­че­ство из ни­чего (А. П. Че­хов)

Лев Шестов

Творчество из ничего (А. П. Чехов)

Лев Шестов

Статьи

Лев Шестов

На весах Иова

On the bookshelvesAll

Люди, которые играют в игры.

Философия

Философия

Don’t give a book.
Give a library.
fb2epubzip
Drag & drop your files (not more than 5 at once)