ru
Unavailable
this book isn’t available at the moment
Want to read

Малыш

История Малыша – «космического Маугли», – человеческого ребенка, воспитанного таинственной инопланетной расой…
История космонавтов, пытающихся через Малыша войти в контакт с его «воспитателями»… Одна из самых поэтичных – и самых увлекательных повестей братьев Стругацких…
Повесть, которая и теперь читается на одном дыхании!
more
Impression
Add to shelf
Already read
172 printed pages
Современная прозаФантастика и фэнтези

ImpressionsAll

Andrey Lunko
Andrey Lunkoshared an impression3 months ago
👍
🔮Hidden Depths
🎯Worthwhile

👍
🚀Unputdownable

rostik163
rostik163shared an impression7 months ago

Это просто удивительно! В таком небольшом произведении так ёмко описать Человека. Да. Да. Человека с большой буквы. Как явление природы. Как часть огромной вселенной. Но это моё личное лирическое отступление. А ведь книга действительно заставляет задуматься о самом важном – о нашем месте в этом мире, о нашей роли в нём…

Vera Atlas
Vera Atlasshared an impressionlast year
👍
🔮Hidden Depths
💡Learnt A Lot
🚀Unputdownable

barenergo
barenergoshared an impressionlast year
🔮Hidden Depths
🚀Unputdownable

Tatyana Dmitrieva
Tatyana Dmitrievashared an impressionlast year
🔮Hidden Depths
💡Learnt A Lot
🚀Unputdownable

Увлекательно и красиво!

Olga Gerasina
Olga Gerasinashared an impressionlast year
🚀Unputdownable

QuotesAll

на самом-то деле нас интересует не проблема разума вообще, а проблема нашего, человеческого разума, иначе говоря, нас прежде всего интересуем мы сами. Мы уже пятьдесят тысяч лет пытаемся понять, что мы такое, но, глядя изнутри, эту задачу не решить, как невозможно поднять себя самого за волосы. Надо посмотреть на себя извне, чужими глазами, совсем чужими…
напротив, не только видит все так, как оно есть, но способен создавать новые стереотипы, прямо вытекающие из сокровенной природы рассматриваемого хаоса.
Человек — не природа, он не терпит пустоты. Оказавшись в пустоте, он стремится ее заполнить.
Человек – не природа, он не терпит пустоты. Оказавшись в пустоте, он стремится ее заполнить. Он заполняет ее видениями и воображаемыми звуками, если не в состоянии заполнить ее чем-нибудь реальным.
Было бы алиби, а трупы найдутся.
Является на некую цивилизованную планету один землянин, входит он в контакт и предлагает аборигенам свои услуги в качестве крупнейшего на Земле специалиста по конструированию и эксплуатации вечных двигателей первого рода. Аборигены, натурально, смотрят этому посланцу сверхразума в рот и, следуя его указаниям, немедленно принимаются строить. Построили. Не работает вечный двигатель. Землянин крутит колеса, ползает среди стержней и всяких шестеренок и бранится, что все сделано не так. «Технология, – говорит, – у вас отсталая, вот эти узлы надо решительно переделать, а вон те так и вообще заменить, как вы полагаете?» Аборигенам деваться некуда. Принимаются они переделывать и решительно заменять. И только они это закончили, как вдруг прибывает с Земли ракета «скорой помощи», санитары хватают изобретателя и делают ему надлежащий укол, врач приносит аборигенам свои извинения, и ракета отбывает. Аборигены в тоске и смущении, стыдясь глядеть друг другу в глаза, начинают расходиться и тут замечают, что двигатель-то заработал. Да, друзья мои, двигатель заработал и продолжает работать до сих пор, вот уже полтораста лет
Человек — не природа, он не терпит пустоты. Оказавшись в пустоте, он стремится ее заполнить.
Это очень похоже на Землю, но это не Земля. В этом вся беда с землеподобными мирами. Все время чувствуешь себя обманутым.
У него всегда такая походка, словно он куда-то спешит, но вместе с тем знает, что мог бы и не спешить, потому что без него ничего не начнется
шизоидные типы обладают ярко выраженной способностью непредвзятого ассоциирования. Там, где нормальный человек в хаосе невиданного волей-неволей стремится углядеть знакомое, известное ранее, стереотипное, шизоид, напротив, не только видит все так, как оно есть, но способен создавать новые стереотипы, прямо вытекающие из сокровенной природы рассматриваемого хаоса
– Знаешь, – сказала Майка, – предчувствие у меня какое-то дурацкое…
Мы стояли возле глайдера, она смотрела себе под ноги и долбила каблуком промерзший песок.
Я не нашелся, что ответить. Предчувствий у меня не было никаких, но мне, в общем, здесь тоже не нравилось. Я прищурился и стал смотреть на айсберг. Он торчал над горизонтом гигантской глыбой сахара, слепяще-белый иззубренный клык, очень холодный, очень неподвижный, очень цельный, без всех этих живописных мерцаний и переливов, – видно было, что как вломился он в этот плоский беззащитный берег сто тысяч лет назад, так и намеревается проторчать здесь еще сто тысяч лет на зависть всем своим собратьям, неприкаянно дрейфующим в открытом океане. Пляж, гладкий, серо-желтый, сверкающий мириадами чешуек инея, уходил к нему, а справа был океан, свинцовый, дышащий стылым металлом, подернутый зябкой рябью, у горизонта черный, как тушь, противоестественно мертвый. Слева над горячими ключами, над болотом, лежал серый слоистый туман, за туманом смутно угадывались щетинистые сопки, а дальше громоздились отвесные темные скалы, покрытые пятнами снега. Скалы эти тянулись вдоль всего побережья, насколько хватало глаз, а над скалами в безоблачном, но тоже безрадостном ледяном серо-лиловом небе всходило крошечное негреющее лиловатое солнце.
Вандерхузе вылез из глайдера, немедленно натянул на голову меховой капюшон и подошел к нам.
– Я готов, – сообщил он. – Где Комов?
Майка коротко пожала плечами и подышала на застывшие пальцы.
– Сейчас придет, наверное, – рассеянно сказала она.
– Вы куда сегодня? – спросил я Вандерхузе. – На озеро?
Вандерхузе слегка запрокинул лицо, выпятил нижнюю губу и сонно посмотрел на меня поверх кончика носа, сразу
kostlc
kostlchas quotedlast year
идея невменяемости одного из партнеров по контакту представляется ему теоретически любопытной. «Во всяком случае, до сих пор общая теория контакта не учитывала такой возможности, хотя еще в начале двадцать первого века некий Штраух выдвигал предложение включать шизоидов в состав экипажей космических кораблей. Уже тогда было известно, что шизоидные типы обладают ярко выраженной способностью непредвзятого ассоциирования. Там
Это не была ватная тишина акустической лаборатории, от которой закладывает уши, и не та чудная тишина земного загородного вечера, освежающая, ласково омывающая мозг, которая умиротворяет и сливает тебя со всем самым лучшим, что есть на свете. Это была тишина особенная – пронзительная, прозрачная, как вакуум, взводящая все нервы, – тишина огромного, совершенно пустого мира.
Поменьше глазей на все эти пейзажи, – посоветовал он. – Сиди по возможности дома и читай. Береги цветы своей селезенки.
И пора уже обедать, как ты полагаешь? — Он поднялся и задумчиво произнес одну из своих загадочных фраз: — Было бы алиби, а трупы найдутся.
Alia
Aliahas quoted4 years ago
– Неизвестно, кто первый открыл воду, но уж наверняка это сделали не рыбы.
Человек – не природа, он не терпит пустоты. Оказавшись в пустоте, он стремится ее заполнить. Он заполняет ее видениями и воображаемыми звуками, если не в состоянии заполнить ее чем-нибудь реальным. Воображаемых звуков я за эти три дня наслышался предостаточно. Надо полагать, скоро начнутся видения…
Неизвестно, кто первый открыл воду, но уж наверняка это сделали не рыбы.

On the bookshelvesAll

Аримейн

Фэнтезятина-фантастика

Natalia Beloshytskaya

Классика

LeeMooR

Ad exterioribus ad interiora

Вадим Барсуков

Стругацкие

Related booksAll

Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий

Далекая радуга

Аркадий Стругацкий

Парень из преисподней

Аркадий Стругацкий

Путь на Амальтею

Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий

Беспокойство

Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий

Попытка к бегству

Аркадий Стругацкий

Второе нашествие марсиан

Аркадий Стругацкий

Благоустроенная планета

On the bookshelvesAll

Фэнтезятина-фантастика

Классика

Ad exterioribus ad interiora

Don’t give a book.
Give a library.
fb2epubzip
Drag & drop your files (not more than 5 at once)