Малыш, Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий
Read

Малыш

В повести «Малыш» рассматривается педагогическая проблема контакта с земным ребенком, «космическим Маугли», воспитанным негуманоидными инопланетянами. При решении ее земная цивилизация терпит моральное поражение.
more
Impression
Add to shelf
Already read
172 printed pages
Современная прозаФантастика и фэнтези

Related booksAll

Малыш, Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий
Малыш
Read

One fee. Stacks of books

You don’t just buy a book, you buy an entire library… for the same price!

Always have something to read

Friends, editors, and experts can help you find new and interesting books.

Read whenever, wherever

Your phone is always with you, so your books are too – even when you’re offline.

Bookmate – an app that makes you want to read

ImpressionsAll

👍

Andrey Lunko
Andrey Lunkoshared an impression7 months ago
👍
🔮Hidden Depths
🎯Worthwhile

👍
🚀Unputdownable

rostik163
rostik163shared an impression11 months ago

Это просто удивительно! В таком небольшом произведении так ёмко описать Человека. Да. Да. Человека с большой буквы. Как явление природы. Как часть огромной вселенной. Но это моё личное лирическое отступление. А ведь книга действительно заставляет задуматься о самом важном – о нашем месте в этом мире, о нашей роли в нём…

Vera Atlas
Vera Atlasshared an impressionlast year
👍
🔮Hidden Depths
💡Learnt A Lot
🚀Unputdownable

barenergo
barenergoshared an impression2 years ago
🔮Hidden Depths
🚀Unputdownable

Tatyana Dmitrieva
Tatyana Dmitrievashared an impression2 years ago
🔮Hidden Depths
💡Learnt A Lot
🚀Unputdownable

Увлекательно и красиво!

Olga Gerasina
Olga Gerasinashared an impression2 years ago
🚀Unputdownable

QuotesAll

Человек – не природа, он не терпит пустоты. Оказавшись в пустоте, он стремится ее заполнить. Он заполняет ее видениями и воображаемыми звуками, если не в состоянии заполнить ее чем-нибудь реальным.
Потом поговорили о здоровье доктора Мбоги, перескочили внезапно на умиротворение какой-то Островной Империи и о роли в этом умиротворении некоего Рудольфа, которого они почему-то тоже называли Странником; плавно и как-то неуловимо перешли от Рудольфа к вопросу о пределах компе
Никто не знает, на что способен человек в критических условиях. И особенно женщина.
Ничего здесь нет, на этой планете, кроме океана, скал и карликовых деревьев. Неинтересно здесь нарушать инструкцию.
Много вопросов. Десять вопросов в день, двадцать вопросов в день. Я стараюсь спастись: бегаю, целый день бегаю или плаваю, — не помогает. Тогда начинаю размышлять. Иногда приходит ответ. Это — удовольствие. Иногда приходят много ответов, не могу выбрать. Это — неудовольствие. Иногда ответы не приходят. Это — беда. Очень чешется. Ш-шарада.
на самом-то деле нас интересует не проблема разума вообще, а проблема нашего, человеческого разума, иначе говоря, нас прежде всего интересуем мы сами. Мы уже пятьдесят тысяч лет пытаемся понять, что мы такое, но, глядя изнутри, эту задачу не решить, как невозможно поднять себя самого за волосы. Надо посмотреть на себя извне, чужими глазами, совсем чужими…
напротив, не только видит все так, как оно есть, но способен создавать новые стереотипы, прямо вытекающие из сокровенной природы рассматриваемого хаоса.
Человек — не природа, он не терпит пустоты. Оказавшись в пустоте, он стремится ее заполнить.
Было бы алиби, а трупы найдутся.
Является на некую цивилизованную планету один землянин, входит он в контакт и предлагает аборигенам свои услуги в качестве крупнейшего на Земле специалиста по конструированию и эксплуатации вечных двигателей первого рода. Аборигены, натурально, смотрят этому посланцу сверхразума в рот и, следуя его указаниям, немедленно принимаются строить. Построили. Не работает вечный двигатель. Землянин крутит колеса, ползает среди стержней и всяких шестеренок и бранится, что все сделано не так. «Технология, – говорит, – у вас отсталая, вот эти узлы надо решительно переделать, а вон те так и вообще заменить, как вы полагаете?» Аборигенам деваться некуда. Принимаются они переделывать и решительно заменять. И только они это закончили, как вдруг прибывает с Земли ракета «скорой помощи», санитары хватают изобретателя и делают ему надлежащий укол, врач приносит аборигенам свои извинения, и ракета отбывает. Аборигены в тоске и смущении, стыдясь глядеть друг другу в глаза, начинают расходиться и тут замечают, что двигатель-то заработал. Да, друзья мои, двигатель заработал и продолжает работать до сих пор, вот уже полтораста лет
Человек — не природа, он не терпит пустоты. Оказавшись в пустоте, он стремится ее заполнить.
Это очень похоже на Землю, но это не Земля. В этом вся беда с землеподобными мирами. Все время чувствуешь себя обманутым.
Сил
Силhas quotedlast year
У него всегда такая походка, словно он куда-то спешит, но вместе с тем знает, что мог бы и не спешить, потому что без него ничего не начнется
шизоидные типы обладают ярко выраженной способностью непредвзятого ассоциирования. Там, где нормальный человек в хаосе невиданного волей-неволей стремится углядеть знакомое, известное ранее, стереотипное, шизоид, напротив, не только видит все так, как оно есть, но способен создавать новые стереотипы, прямо вытекающие из сокровенной природы рассматриваемого хаоса
– Знаешь, – сказала Майка, – предчувствие у меня какое-то дурацкое…
Мы стояли возле глайдера, она смотрела себе под ноги и долбила каблуком промерзший песок.
Я не нашелся, что ответить. Предчувствий у меня не было никаких, но мне, в общем, здесь тоже не нравилось. Я прищурился и стал смотреть на айсберг. Он торчал над горизонтом гигантской глыбой сахара, слепяще-белый иззубренный клык, очень холодный, очень неподвижный, очень цельный, без всех этих живописных мерцаний и переливов, – видно было, что как вломился он в этот плоский беззащитный берег сто тысяч лет назад, так и намеревается проторчать здесь еще сто тысяч лет на зависть всем своим собратьям, неприкаянно дрейфующим в открытом океане. Пляж, гладкий, серо-желтый, сверкающий мириадами чешуек инея, уходил к нему, а справа был океан, свинцовый, дышащий стылым металлом, подернутый зябкой рябью, у горизонта черный, как тушь, противоестественно мертвый. Слева над горячими ключами, над болотом, лежал серый слоистый туман, за туманом смутно угадывались щетинистые сопки, а дальше громоздились отвесные темные скалы, покрытые пятнами снега. Скалы эти тянулись вдоль всего побережья, насколько хватало глаз, а над скалами в безоблачном, но тоже безрадостном ледяном серо-лиловом небе всходило крошечное негреющее лиловатое солнце.
Вандерхузе вылез из глайдера, немедленно натянул на голову меховой капюшон и подошел к нам.
– Я готов, – сообщил он. – Где Комов?
Майка коротко пожала плечами и подышала на застывшие пальцы.
– Сейчас придет, наверное, – рассеянно сказала она.
– Вы куда сегодня? – спросил я Вандерхузе. – На озеро?
Вандерхузе слегка запрокинул лицо, выпятил нижнюю губу и сонно посмотрел на меня поверх кончика носа, сразу
идея невменяемости одного из партнеров по контакту представляется ему теоретически любопытной. «Во всяком случае, до сих пор общая теория контакта не учитывала такой возможности, хотя еще в начале двадцать первого века некий Штраух выдвигал предложение включать шизоидов в состав экипажей космических кораблей. Уже тогда было известно, что шизоидные типы обладают ярко выраженной способностью непредвзятого ассоциирования. Там
Это не была ватная тишина акустической лаборатории, от которой закладывает уши, и не та чудная тишина земного загородного вечера, освежающая, ласково омывающая мозг, которая умиротворяет и сливает тебя со всем самым лучшим, что есть на свете. Это была тишина особенная – пронзительная, прозрачная, как вакуум, взводящая все нервы, – тишина огромного, совершенно пустого мира.
Поменьше глазей на все эти пейзажи, – посоветовал он. – Сиди по возможности дома и читай. Береги цветы своей селезенки.
И пора уже обедать, как ты полагаешь? — Он поднялся и задумчиво произнес одну из своих загадочных фраз: — Было бы алиби, а трупы найдутся.
Alia
Aliahas quoted4 years ago
– Неизвестно, кто первый открыл воду, но уж наверняка это сделали не рыбы.

Related booksAll

Беспокойство, Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий
Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий
Беспокойство
Путь на Амальтею, Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий
Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий
Путь на Амальтею
Второе нашествие марсиан, Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий
Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий
Второе нашествие марсиан
Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий
Бед­ные злые люди
Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий
Бедные злые люди
Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий
За­бы­тый экс­пе­ри­мент
Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий
Забытый эксперимент
Волны гасят ветер, Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий
Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий
Волны гасят ветер
Извне (повесть в трех рассказах), Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий
Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий
Извне (повесть в трех рассказах)
fb2epub
Drag & drop your files (not more than 5 at once)