Аркадий Стругацкий,Борис Стругацкий

Малыш

В повести «Малыш» рассматривается педагогическая проблема контакта с земным ребенком, «космическим Маугли», воспитанным негуманоидными инопланетянами. При решении ее земная цивилизация терпит моральное поражение.
171 printed pages

Other versions

Impressions

    Ubilte Umerlagoshared an impression4 years ago
    👍Worth reading
    🔮Hidden Depths
    🚀Unputdownable

    Рекомендовать братьев Стругацких все равно, что рекомендовать есть и спать. Польза и необходимость всего перечисленного очевидна. Но все-таки... Очень человечная, захватывающая и грустная книга. Читается на одном дыхании, но осмысливается со скрипом и чудовищными временными затратами. Блестяще!!!

    Camradeshared an impression5 years ago

    Это просто удивительно! В таком небольшом произведении так ёмко описать Человека. Да. Да. Человека с большой буквы. Как явление природы. Как часть огромной вселенной. Но это моё личное лирическое отступление. А ведь книга действительно заставляет задуматься о самом важном – о нашем месте в этом мире, о нашей роли в нём…

    danali09270shared an impression8 months ago
    👍Worth reading
    🔮Hidden Depths
    🚀Unputdownable
    😄LOLZ
    💧Soppy

    Невозможно, невероятно прекрасная книга. Не устарела за 50 лет морально, несмотря на все эти «радиограммы», «распечатки», «карточки». Поднимает и вечные вопросы. Кто мы — люди. Что делает нас людьми. Останемся ли мы людьми, если будем рваться даже к самой прекрасной цели, несмотря на средства.
    И просто — очень хорошо написана. Смешно, грустно и страшно.

Quotes

    Lisa Kadetovahas quoted4 years ago
    Любимец доктора Мбоги! Все равно я уйду. Уйду в школу и буду учить ребят, чтобы они вовремя хватали за руку всех этих фанатиков абстрактных идей и дураков, которые им подпевают!
    У меня было благое намерение выдержать вежливый, корректный тон до конца. Но тут терпение мое лопнуло. У меня вообще дело с терпением обстоит неважно.
    – Нагло! – сказал я, не находя слов. – Нагло себя ведешь! Нагло!
    Я попытался еще раз отхлебнуть соку, но выяснилось, что стакан пуст. Как-то незаметно я успел все выхлебать.
    – А дальше? – спросила Майка, презрительно усмехаясь.
    – Все, – сказал я угрюмо, разглядывая пустой стакан. Действительно, сказать мне было больше нечего. Расстрелял я весь свой боезапас. Вероятно, я и шел-то к Майке не для того, чтобы разобраться, а просто чтобы обругать ее.
    – А если все, – сказала Майка, – то иди в рубку и целуйся со своим Комовым. А заодно со своим Томом и прочей своей кибертехникой. А мы, знаешь ли, просто люди, и ничто человеческое нам не чуждо.
    Я отодвинул стакан и встал. Говорить больше было не о чем. Все было ясно. Был у меня товарищ – нет у меня товарища. Ну что ж, перебьемся.
    Lisa Kadetovahas quoted4 years ago
    – Я всегда хотел спросить, – объявил Малыш, – зачем вы заворачиваетесь? Что это такое? – Он подскочил ко мне и дернул за полу дохи.
    – Одежда, – сказал я.
    – Одежда, – повторил он. – Зачем?
    Я рассказал ему про одежду. Я не Комов. Сроду не читал лекций, особенно об одежде. Но без ложной скромности скажу: лекция имела успех.
    – Все люди в одежде? – спросил пораженный Малыш.
    – Все, – сказал я, чтобы покончить с этим вопросом. Я не совсем понимал, что его, собственно, поражает.
    – Но людей много! Сколько?
    – Пятнадцать миллиардов.
    – Пятнадцать миллиардов, – повторил он и, выставив перед собой палец без ногтя, принялся сгибать и разгибать его. – Пятнадцать миллиардов! – сказал он и оглянулся на призрачные остатки фантомов. Глаза его потемнели. – И все в одежде… А еще что?
    – Не понимаю.
    – Что они еще делают?
    Я набрал в грудь побольше воздуху и принялся рассказывать, что делают люди. Странно, конечно, но до сих пор я как-то не задумывался над этим вопросом. Боюсь, что у Малыша создалось впечатление, будто человечество занимается большей частью кибертехникой.
    Lisa Kadetovahas quoted4 years ago
    общем, к девяти часам мы кое-как управились, и тут во весь рост встала проблема дежурства на посту УАС.
    Вандерхузе как капитан корабля, отвечающий за безопасность, неприкосновенность и все такое прочее, категорически отказался отменить это дежурство. Майка, просидевшая на посту вторую половину ночи, естественно, льстила себя надеждой, что уж она-то присутствовать при официальном визите будет непременно. Однако она была горько разочарована. Выяснилось, что квалифицированно работать на диагностере может только Вандерхузе. Выяснилось дальше, что поддерживать в рабочем состоянии диагностер, в любую минуту рискующий потерять настройку, могу только я. И наконец, выяснилось, что Комов по каким-то своим высшим ксенопсихологическим соображениям считал нежелательным присутствие женщины на первой беседе с Малышом. Короче говоря, бледная от бешенства Майка снова отправилась на пост, причем сохранивший полное хладнокровие Вандерхузе не преминул проводить ее приемным раструбом диагностера, так что все желающие могли убедиться: индикатор эмоций действует – красная лампочка горела до тех пор, пока Майка не скрылась в коридоре. Впрочем, на посту УАС можно было слышать, что говорится в кают-компании, через интерком с усилителем.

On the bookshelves

fb2epub
Drag & drop your files (not more than 5 at once)