Белый коридор. Воспоминания, Владислав Ходасевич
ru
Free
Read

Белый коридор. Воспоминания

Impression
Add to shelf
Already read
288 printed pages
Бесплатно

Related booksAll

One fee. Stacks of books

You don’t just buy a book, you buy an entire library… for the same price!

Always have something to read

Friends, editors, and experts can help you find new and interesting books.

Read whenever, wherever

Your phone is always with you, so your books are too – even when you’re offline.

Bookmate – an app that makes you want to read

ImpressionsAll

Ignat Petrenko
Ignat Petrenkoshared an impression2 years ago
👍
🚀Unputdownable
😄LOLZ

QuotesAll

Ночь. Мороз. Впереди — Воздвиженка — непроглядная. Кажется, что нехватит сил дойти до дому.
Ничего, дойдем. Бог нас не оставит.
Весной 1918 года началась советская служба и вечная занятость не тем, чем хочется и на что есть уменье: общая судьба всех, проживших эти годы в России.
Зато и нет ничего более трогательного, чем кошачья дружба. Она проявляется в особенности тогда, когда плохи ваши обстоятельства или тяжело у вас на душе. Положительно могу утверждать, что стоило мне быть расстроенным — кот, до этой минуты не обращавший на меня внимания, тотчас приходил ласкаться. Это кошачье участие всегда исполняет меня глубокого умиления. Вот и теперь, когда Зайчуров, дорогой друг мой, встретив меня в печальную булонскую ночь, бежит за мною по улице, — горечь отходит от моего сердца и начинает казаться, будто
Легко мне жить, и дышать мне не больно.
больше всего мечтаю снова увидеть Петербург и тамошних друзей моих и вообще — Россию, изнурительную, убийственную, омерзительную, но чудесную и сейчас, как во все времена свои.
Берлин, июль 1922 г.
Я же явился в поэзии как раз тогда, когда самое значительное из всех современных течений уже начинало себя исчерпывать, но еще не настало
Но, на беду свою, забыли они проставить только одно — дни недели. Календарь появился без понедельников, вторников и т. д. Конечно, с точки зрения вечности, это было даже хорошо, — он годился на любой год. Но в то же время он не годился ни на какой, и его спешно отправили на бумажную фабрику — шинковать. А издан он был в количестве
никак нельзя было выжать рукописей из переводчиков, потому что ставки Госиздата повышались юмористически медленно, а дороговизна жизни росла трагически быстро.
Представьте, вчера меня приняли за дворника

Related booksAll

Владислав Ходасевич
Ан­дрей Бе­лый
Владислав Ходасевич
Андрей Белый
Некрополь, Владислав Ходасевич
Владислав Ходасевич
Некрополь
Владислав Ходасевич
Об Ан­нен­ском
Владислав Ходасевич
Об Анненском
Брюсов, Владислав Ходасевич
Владислав Ходасевич
Брюсов
Владислав Ходасевич
Ко­нец Ре­наты
Владислав Ходасевич
Конец Ренаты
Владислав Ходасевич
Есе­нин
Владислав Ходасевич
Есенин
Державин, Владислав Ходасевич
Владислав Ходасевич
Державин
fb2epub
Drag & drop your files (not more than 5 at once)