Read

Попугай Флобера

Барнс никогда не бывает одинаков – каждая его книга не похожа на остальные. В «Попугае Флобера» он предстает перед нами дотошным исследователем. Предмет его исследования весьма необычен – чучело попугая, якобы стоявшее на столе Гюстава Флобера.
Казалось бы, писатель, изучая биографию собрата по перу, должен сосредоточиться в первую очередь на его творчестве. Барнса же интересует всё – как жил знаменитый создатель «Мадам Бовари», как в его книгах отразились факты его жизни.
Читать «Попугая Флобера» – все равно что пуститься в интереснейшее путешествие, когда каждую минуту вас ждет неожиданное открытие. Здесь как нельзя более уместно процитировать Льва Данилкина: «Дурной тон сравнивать книги со спиртными напитками, но барнсовский роман – конечно, Х.О.: очень хорошая, рассчитанная на неспешное чтение, выдержанная литература».
more
Impression
Add to shelf
Already read
256 printed pages
Современная проза

ImpressionsAll

👍
💡Learnt A Lot
🚀Unputdownable

QuotesAll

В чем смысл прорыва в науке без прорыва в нравственности?
Флобер заставляет нас задаться вопросом: разве ожидание удовольствия – не самое надежное из удовольствий?
«Счастье — как сифилис. Рано заразившись, губишь весь свой организм»
Или приметы прожитой жизни содержат в себе какую-то дополнительную правду?
Когда я был студентом-медиком, на танцах в конце семестра какие-то шутники запустили в зал поросенка, обмазанного жиром. Он проскальзывал между ногами, выворачивался из рук, истошно визжал. Люди падали, пытаясь поймать его, и выглядели при этом довольно глупо. Прошлое часто ведет себя как этот поросенок.
поверх презираемого им города, который был равнодушен к нему в ответ
Участвуя в жизни, ее трудно разглядеть: ты или слишком ею тяготишься, или слишком радуешься.
Ненаписанные книги? Не стоит о них жалеть. На свете и так слишком много книг.
Возможно, в этом и состоит преимущество дружбы с мертвыми: чувства к ним никогда не охладевают.
Биографию друга надо писать так, словно ты за него мстишь.
Флобер. Из письма к Эрнесту Фейдо, 1872
Потом я увидел попугая. Он сидел в маленькой нише, ярко-зеленый, востроглазый, любознательно склонив голову набок. Надпись на его насесте гласила: «Psittacus. Этого попугая Флобер позаимствовал в Музее Руана и держал на своем письменном столе во время написания “Простой души”, где его зовут Лулу
если телефон в нашем столетии сделал измену и проще, и сложнее (договариваться легче, проверить тоже), в прошлом столетии сходное воздействие должна была иметь железная дорога.
сказать своей стране правду, если она ведет себя бесчестно, глупо, злобно. Писатель должен принимать все и быть изгоем для всех, только тогда он сможет ясно видеть.
1821
У Ашиля– Клеофаса Флобера, главного хирурга больницы Отель-Дьё в Руане, и Анны Жюстины Каролины Флобер, урожденной Флерио, рождается второй сын, Гюстав. Эти люди принадлежат к зажиточному среднему классу; семья владеет несколькими поместьями в окрестностях Руана. Стабильная, просвещенная, доброжелательная и в меру амби
Неудивительно, что чаяния религии приходят на помощь отчаянью жизни.
Ничто, имевшее отношение к Флоберу, не отличалось долговечностью. Он умер немногим более ста лет назад, и все, что осталось от него, — это бумага.
Я не могу доказать, что непосвященные читатели получают от книг большее удовольствие, чем профессиональные критики; но я точно знаю, что мы имеем перед ними хотя бы одно преимущество. Мы умеем забывать
Ненаписанные книги? Не стоит о них жалеть. На свете и так слишком много книг. Кроме того, я помню конец «Воспитания чувств». Фредерик и его друг Делорье оглядываются на прожитую жизнь. Их лучшее воспоминание – о том, как они еще школьниками пришли в бордель. Они тщательно планировали визит, специально завивали волосы и даже наворовали цветов для девочек. Но когда они пришли в бордель, Фредерик струсил, и оба убежали. Это был лучший день в их жизни. Флобер заставляет нас задаться вопросом: разве ожидание удовольствия – не самое надежное из удовольствий? К чему карабкаться на безрадостный чердак свершения?
Флобер заставляет нас задаться вопросом: разве ожидание удовольствия – не самое надежное из удовольствий? К чему карабкаться на безрадостный чердак свершения?
Доктор Старки и ей подобные несут на себе проклятие памяти: книги, о которых они пишут и говорят, не могут стереться из их сознания. Это уже почти семейные отношения. Может, именно поэтому критики говорят о своих «предметах» с покровительственной интонацией. Послушав их, можно подумать, что Фло

On the bookshelvesAll

Марина Богданова

Современная зарубежная проза - самое интересное

Алина Лунёва

Иностранка

Olga Ivanova

1001 Books You Must Read Before You Die

Леночка

[почти] Сто книг Дэвида Боуи

Related booksAll

Related booksAll

Джулиан Барнс

За окном

Джулиан Барнс

История мира в 10 1/2 главах

Джулиан Барнс

Англия, Англия

Джулиан Барнс

Уровни жизни

Джулиан Барнс

Глядя на солнце

Джулиан Барнс

Как все было

Джулиан Барнс

Артур и Джордж

On the bookshelvesAll

Современная зарубежная проза - самое интересное

Иностранка

1001 Books You Must Read Before You Die

Don’t give a book.
Give a library.
fb2epubzip
Drag & drop your files (not more than 5 at once)