Снег, Орхан Памук
Read

Снег

Орхан Памук — известный турецкий писатель, обладатель многочисленных национальных и международных премий, в чис­ле которых Нобелевская премия по литературе за «поиск души своего меланхолического города». В самом деле, действие почти всех романов писателя происходит в Стамбуле, городе загадочном и прекрасном, пережившем высочайший расцвет и печальные сумерки упадка. Действие романа «Снег», однако, развивается в небольшом провинциальном городке, куда прибывает молодой поэт в поисках разгадки причин гибели нескольких молодых девушек, покончивших с собой. Здесь, будто на краю земли, обитает совсем другой народ, исповедующий строгие религиозные правила. Отрезанный от целого мира необъятными белыми пространствами, занесенный по крыши снегами, городок и не думает дремать, а напротив — внимательно следит за каждым шагом незваного гостя… В настоящем издании роман печатается в новой редакции.
more
Impression
Add to shelf
Already read
572 printed pages

Related booksAll

Снег, Орхан Памук
Снег
Read

One fee. Stacks of books

You don’t just buy a book, you buy an entire library… for the same price!

Always have something to read

Friends, editors, and experts can help you find new and interesting books.

Read whenever, wherever

Your phone is always with you, so your books are too – even when you’re offline.

Bookmate – an app that makes you want to read

ImpressionsAll

Andrew Che
Andrew Cheshared an impression8 days ago
🔮Hidden Depths
💞Loved Up

Читал очень долго, но ближе к концу оторваться невозможно. Завидую по-своему туркам в Турции и в эмиграции, которые от этой книги способны получить гораздо большее удовольствие. Погружение в атмосферу города по глубине подобно Белой гвардии Булгакова.
"Я молод, и грусть даёт мне силы. В своём возрасте предпочитаю тосковать, а не быть счастливым"

Ariana Akimova
Ariana Akimovashared an impression2 years ago
👍
🚀Unputdownable

👍

💞Loved Up

Роман кажется очень долгим, но подходя к концовке ощущаешь целостность и завершенность мысли и посыла автора. Очень насыщенное и полное произведение.

как новости на телевидении. нет пище уму, радости жизни, человечного, мудрого отдохновения.

QuotesAll

Мечта о героизме — утешение несчастливых людей.
Он смертельно боялся влюбиться — об этой опасности его предупре­ждал инстинкт человека, все немногочисленные любовные истории в жизни которого не приносили ему ничего, кроме боли и стыда.
В нем усиливалось ощущение, приходившее к нему в детстве и юности в те моменты, когда он бывал очень-очень счастлив: страх, что несчастье и отчаяние ждут где-то совсем рядом.
Ка всегда хотелось в смятении оборвать такие счастливые моменты, чтобы несчастье, которое придет потом, не оказалось слишком большим. Поэтому он думал, что Ипек, которую в тот момент он обнял скорее от этого самого смятения, нежели от любви, его оттолкнет, возможность сближения между ними будет уничтожена в один миг, и, когда незаслуженное счастье завершится отказом и унижением, которые он заслужил, он успокоится.
Но Ипек пришла не сразу. Это стало одной из самых больших пыток в жизни Ка. Он вспомнил, что боялся влюбляться из-за этой разрушительной боли, которую приносит ожидание.
Тот, кому достаточно быть просто счастливым, не может быть счастлив, знай эт
Правильные поступки не всегда делают человека счастливым! — ответила Кадифе.
Безмолвие снега приближает меня к Богу.
Все наше внимание направлено на опасные крайности всего сущего,
На честного вора, на милостивого убийцу,
На западного суеверного атеиста.
Роберт Браунинг.
После того как в 1878 году крепость, построенная пятьсот лет назад, сдалась русским войскам, часть мусульман была изгнана, однако город оставался богатым и многоликим. В русский период, когда особняки пашей, бани и османские здания, стоявшие в квартале Кале-Ичи, рядом с крепостью, начали ветшать, царские архитекторы возвели в южной долине речки Карс новый город, в котором было пять параллель­ных проспектов, пересекавших другие улицы под идеально прямым углом, — явление, невиданное ни в одном другом восточном городе. Этот быстро богатевший город, ку­да приезжал царь Александр III, чтобы встретиться со своей тайной возлюбленной и поохотиться, давал возможность русским двигаться на юг, к Средиземному морю, и захватить­ торговые пути, так что не удивительно, что на его строитель­ство не пожалели средств. Именно этот Карс, печальный город, улицы которого были вымощены крупной брусчаткой и усажены в республиканский период дикими маслинами и каштанами, очаровал Ка двадцать лет назад — а не деревянный османский город, полностью сгоревший и разрушенный­ во время войн между народами и племенами.
После нескончаемых войн, произвола, массовой резни и восстаний, когда город оказывался в руках то армянской, то русской, то даже на какое-то время английской армий, по­сле того как на короткий период Карс стал независимым государством, в октябре 1920 года в него вошла турецкая армия­ под командованием Казыма Карабекира, статую которого впоследствии установили на привокзальной площади. Турки, сорок три года спустя вновь взявшие Карс и поселившие­ся в нем, не стали менять царский план города и культуру, которую принесли в город цари, также постарались усвоить, поскольку она соответствовала республиканскому энтузиаз­му европеизации, а пять русских проспектов переименовали­ в честь пятерых известных в истории Карса полководцев, поскольку не знали никого более великого, чем военные.
С такой силой на него действовала не бедность и не безысходность, а странное и сильное чувство одиночества, которое впоследствии он все время будет ощущать повсюду в городе, глядя в пустые витрины фотомастерских, в заледеневшие окна чайных, битком набитых играющими в карты безработными, и на безлюдные заснеженные площади. Словно это было позабытое всеми место, и снег безмолвно падал на самый край света.
Ка сразу понял — с отчетливостью и надеждой, которых не чувствовал уже много лет, — что подлинной темой разгово­ра будет стыд. В течение многих лет, прожитых в Германии, и для него самого эта тема была главной, однако он скрывал от самого себя, что чего-то стыдится. Теперь же, благодаря тому, что у него появилась надежда на счастье, он мог признаться себе в этом.
Он смертельно боялся влюбиться — об этой опасности его предупре­ждал инстинкт человека, все немногочисленные любовные истории в жизни которого не приносили ему ничего, кроме боли и стыда.
Он смертельно боялся влюбиться — об этой опасности его предупре­ждал инстинкт человека, все немногочисленные любовные истории в жизни которого не приносили ему ничего, кроме боли и стыда.
Он смертельно боялся влюбиться — об этой опасности его предупре­ждал инстинкт человека, все немногочисленные любовные истории в жизни которого не приносили ему ничего, кроме боли и стыда.
Человек в этой стране не может со спокойной душой вести праведную жизнь, не будучи уверенным­ в трудолюбии безбожника, который должен добросовестно вести торговлю с Западом, заниматься политикой и прочими­ делами, не имеющими отношения к религии.
Он смертельно боялся влюбиться — об этой опасности его предупреждал инстинкт человека, все немногочисленные любовные истории в жизни которого не приносили ему ничего, кроме боли и стыда.
с тех самых пор,­ как в последний раз имел возможность радоваться тому,­ что понимает человека слабее себя и сочувствует ему. В такие минуты он старался смотреть на мир глазами этого человека, которого сейчас любил и которому сострадал. Поду­мав об этом, Ка понял, что почти не боится нескончаемой снежной бури, что они не упадут в пропасть и что пусть с опозданием, но автобус все-таки доедет до Карса.
— Человек, по-европейски в одиночку верящий в Бога, тебя пугает. Ты считаешь более надежным человека неверующего, но при
Политика в литературном произведении груба, как пистолет, который стреляет посреди концерта, но это то, чем мы не можем пренебречь. А теперь мы будем говорить об отвратительных вещах...
Ка открыл маленькое окно уборной, надавив на заржавевшие задвижки. Они с восторгом, словно были свидетелями какого-то чуда, наблюдали за снежинками, медленно и безмолвно падавшими в темноте.
— Как прекрасен мир! — прошептал Неджип.
— По-твоему, что самое прекрасное в жизни? — спросил Ка.
Наступило молчание.
— Все! — прошептал Неджип, словно раскрывая какую-то тайну.
— Но разве не жизнь делает нас несчастными?
— Да, но в этом только наша вина. Не мира и не его Творца.
fb2epub
Drag & drop your files (not more than 5 at once)