Read

Письма 1926 года

Подготовка текстов, составление, предисловие, переводы, комментарии К.М. Азадовского, Е.Б. Пастернака, Е.В. Пастернак. Книга содержит иллюстрации.
more
Impression
Add to shelf
Already read
255 printed pages

ImpressionsAll

👍
💡Learnt A Lot

Чудная и очень утонченная переписка. И очень личная

QuotesAll

Наконец-то я с тобой. Так как мне все ясно и я в нее верю, то можно бы молчать, предоставив все судьбе, такой головокружительно-незаслуженной, такой преданной. Но именно в этой мысли столько чувства к тебе, если не все оно целиком, что с ней не совладать. Я люблю тебя так сильно, так вполне, что становлюсь вещью в этом чувстве, как купающийся в бурю
В этом сложность нашей слишком своеобразной нации: все что в нас — наше Я, европейцы считают «русским».
(То же самое происходит у нас с китайцами, японцами, неграми, — очень далекими или очень дикими [137].)
Утром того дня я прочел в первый раз «Поэму Конца».
знавалась в том, что память у нее «тождественна воображению
по определению M. М. Бахтина, «всякая лирика жива только доверием к возможной хоровой поддержке»
Касаемся друг друга. Чем? Крылами.
Я не более, чем животное, кем-то раненное в живот
Райнер, вот я плачу, Ты льешься у меня из глаз!
Сестра моя жизнь» и «Темы и вариации» (1917—1918). Пастернаком овладевает мысль о том, что лирическая поэзия не оправдана временем. Эпоха войн и революций нуждается в историке или создателе эпоса. Своими сомнениями Пастернак делится с Цветаевой, и она всей душой отзывается на его откровенность.
Духовный уклад Европы был разрушен войной 1914 года, любые попытки словесного самовыражения казались неестественным анахронизмом.
Но именно в этой мысли столько чувства к тебе, если не все оно целиком, что с ней не совладать. Я люблю тебя так сильно, так вполне, что становлюсь вещью в этом чувстве, как купающийся в бурю, и мне надо, чтобы оно подмывало меня, клало на бок, подвешивало за ноги вниз головой [77] — я им спеленут, я становлюсь ребенком, первым и единственным мира, явленного тобой и мной. Мне не нравятся последние три слова. О мире дальше. Всего сразу не сказать. Тогда ты зачеркнешь и подставишь.
Что же я делаю, где ты меня увидишь висящим в воздухе вверх ногами?
Чего я от тебя хочу, Райнер? Ничего. Всего. Чтобы ты позволил мне каждый миг моей жизни подымать на тебя взгляд — как на гору, которая меня охраняет (словно каменный ангел-хранитель!).
Пока я тебя не знала, я могла и так, теперь, когда я знаю тебя, — мне нужно позволение.
Ибо душа моя хорошо воспитана.
Вечный этот мир весь начисто мгновенен
Субъективно то, что только написано тобой. Объективно то, что (из твоего) читается тобою или правится в гранках, как написанное чем-то большим, чем ты. Знаешь ты это, знаешь? Все равно, я знаю это о тебе.
Всю жизнь Пастернак стремился к передаче сути, к овладению содержанием в такой мере, чтобы форма рождалась естественно, как у живого существа. Труд художника мыслился им как аскетическое ученичество и подчинен был основной задаче — явить в слове «образ мира», пронизанный счастьем существования и родства со всем. Этому Пастернак учился у Рильке.
ЮЮ
ЮЮhas quoted2 years ago
неизгладимое воспоминание его мятущейся юности.
Свободы вечное преддверье!
Из клеток крадутся века,
По Колизею бродят звери,
И вечно тянется рука
В столетий изморось сырую
Гиену верой дрессируя,
И вечно делается шаг
От римских цирков к римской церкви
И мы живем по той же мерке,
Мы, люди катакомб и шахт [127].
Что же я делаю, где ты меня увидишь висящим в воздухе вверх ногами?
И я хочу Вас сразу же заверить, что Вы и Ваши близкие, все, что касается старой России (незабываемая таинственная сказка), все то, о чем Вы мне напомнили Вашим письмом, — все это осталось для меня родным, дорогим, святым и навечно легло в основание моей жизни!

On the bookshelvesAll

Estère Kajema

Теория и история искусства

Дмитрий Бавильский

Книги во втором ряду

Ида Садыхова

Захватившее с первых строк

Алексей Мишин

Литературоведение. Биографии дневники

Related booksAll

Related booksAll

Марина Цветаева
Письма

Марина Цветаева

Письма

Борис Пастернак

Переписка Бориса Пастернака

Вальтер Беньямин

Улица с односторонним движением

Райнер Мария Рильке

Сады

Борис Пастернак

Люди и положения (сборник)

Вальтер Беньямин

Франц Кафка

Райнер Мария Рильке
Рас­сказы о Гос­поде Боге

Райнер Мария Рильке

Рассказы о Господе Боге

On the bookshelvesAll

Теория и история искусства

Книги во втором ряду

Захватившее с первых строк

Don’t give a book.
Give a library.
fb2epubzip
Drag & drop your files (not more than 5 at once)