Околоноля, Натан Дубовицкий
Read

Околоноля

Дебютный роман Натана Дубовицкого вызвал ошеломляющую реакцию в обществе. Все гадали, кто скрывается за псевдонимом автора провокационного постмодернистского остросюжетного повествования. Список претендентов закрыл бы собой лонг-лист любой букеровской премии. Восторженные рецензии перемежались недоуменными: откуда он взялся? Режиссер Кирилл Серебренников создал по роману одноименный спектакль, с аншлагом идущий до сих пор. Роман выдержал испытание временем и был переведен на несколько иностранных языков. Натан Дубовицкий заявил, что останется автором одного романа, но в конце концов, сразу скажем, не справился с собой.
more
Impression
Add to shelf
Already read
200 printed pages
Современная прозаДетективы и триллеры

Related booksAll

Околоноля, Натан Дубовицкий
Околоноля
Read

One fee. Stacks of books

You don’t just buy a book, you buy an entire library… for the same price!

Always have something to read

Friends, editors, and experts can help you find new and interesting books.

Read whenever, wherever

Your phone is always with you, so your books are too – even when you’re offline.

Bookmate – an app that makes you want to read

ImpressionsAll

eignatchenko
eignatchenkoshared an impression2 months ago
👍
🎯Worthwhile

Mischa Gurov
Mischa Gurovshared an impression4 months ago

Да. Эта книга действительно так хороша.

👍
🔮Hidden Depths
🚀Unputdownable

🌴Beach Bag Book
🚀Unputdownable

Yan Chekalov
Yan Chekalovshared an impression2 years ago
👍
😄LOLZ

Evgeny Maksimenkov
Evgeny Maksimenkovshared an impression2 years ago
🚀Unputdownable

QuotesAll

булочки и джемы, мишкинасевере и зефирывшоколаде отвлекали её всякий раз, любились проще и на вид были явно вкуснее Игоря Фёдоровича, провонявшего дукатской явой, обсыпанного по пояс перхотью, слишком худого и притом как-то скверно, неровно, пятнисто лысеющего.
В нормальной стране началась бы гражданская война, но у нас граждан нет, а война лакейская не то, что хуже, а как бы гаже, ниже гражданской.
Всё реже люди говорили слово «фьючерс», всё чаще «пиздец». Русь опять бралась за кистень, увидев, что мирные труды напрасны. Приуныла Русь; ещё намедни от лёгких денег разгульная — приутихла; и во всех церквах, мечетях и синагогах горячо молилась о даровании прежних высоких и безудержно прущих выше цен на нефть.
«Послание Алабию о том, что нет трёх богов»
I have cause, and will, and strength, and means to do'
А здесь давила, наваливалась на окна, желая внутрь, набившаяся во все улицы ещё с утра — жирная копчёная, какая только в москве водится, осязаемая, зримая даже духота.
Такие кондиции быта совсем вымотали Виктора Олеговича. Неудивительно, что однажды он пришел на одну из своих работ, был вызван в кабинет одного из многочисленных своих руководителей, подвергнут там унизительной выволочке по поводу каких-то накладных, перепутанных с докладными, и рухнувшего в связи с этим делопроизводства, разрыдался и сошёл с ума.
Безумие Виктора Олеговича было обнадёживающим. Для начала ему стало понятно, что он Бертольд Шварц. Он тут же изобрёл порох и взорвал свое рабочее место, и, естественно, оказался в руках медперсонала.
И поступал я вопреки и не хотел, как все, только потому, что если жить, как все, то и помереть придётся, потому что все, кто живёт так, как все — умирают.
поспешно женился, как ему думалось, по расчёту, а реально — по глупости, на московской прописке
Он богатый, известный. А я бедняк и аноним. И онанист. И педрила к тому же, и наркоман. И либерал. Я ж, Егор, во всех группах риска числюсь. У меня спид наверняка и белая горячка, и все манечки из психического учебника. Верните мне свободу. Я тоже хочу быть богатым и известным, ибо я гений,
— В рыбе обычно повышенное содержание ртути. Поэтому от долгого употребления рыбы может отключиться цнс.
— Отключиться? — оторопела Никита Мариевна.
— Центральная нервная система. Хотя рыба, конечно, лучше мяса. А каша лучше рыбы. Огурец лучше каши. Вода лучше огурца. Воздух лучше воды. А впрочем, если хотите, ешьте рыбу. Центральная отключится, останется вегетативная.
— Ненавижу власть, — революционным шёпотом зашипела Никита. — Все эти губернаторы, депутаты, министры, чекисты, менты, жадною толпой стоящие у трона. Свободы, гения и славы… Палачи. Придушить их всех. Ненавижу.
— Да не власть вы ненавидите, а жизнь. В целом. Не такая она, как вы бы хотели.
известность — тема пустая. Ты гений, значит, выше обыденной муры. В-третьих, ты ещё сценарий должен для племянницы Сергеича, той, что вгик заканчивает. Обещал сам написать, либо с Брызговичем договориться.
Если ты в двадцать лет студент, в тридцать молодой специалист, в сорок энергичный босс, в пятьдесят уважаемый руководитель, в шестьдесят резонёр и наставник, в семьдесят почтенный балагур и в восемьдесят тоже что-то приличное, то ты счастливый человек. Если всё не так гладко, или не гладко вовсе, но в той же системе координат, ты несчастен. И счастливые, и несчастливые люди смертны. Значит, известные трассы ведут к пропасти.
И поступал я в
В чёрной книге написано только четыре слова: «золото делается из свинца».
Жизнь же хоть и задиристая, но ведь при том и маленькая совсем, и хлипкая, и в сущности, такая смешная. Возомнила о себе, дерзит, а ведь забилась в температурный зазор градусов в десять, в какую-то прореху в физике и грозит оттуда тьме, и зовёт бога тощим голосом, и отвоёвывает какие-то микроскопические высотки у беспредельной смерти. Глупая, неказистая, отважная жизнь. Мне жизнь жалко и свою, и вашу, нашу всю. Топорщится, подпрыгивает, чтоб выше казаться. А потом раз — и нет её. Глупо и красиво.
За отсутствием иных черт и красок характера, доброте этой не с чем было контрастировать, нечем отличаться, и выходила она неброской, ненатужной, само собой разумеющейся. В ней, в доброте этой, не замечая её, как не замечают чистой сердечной работы здоровые люди, обитал ранний Егор, пока не вырос из неё, пока не перестала помещаться в деревенской простоте его с годами располневшая, огрубевшая и перепутанная внутренне судьба.
. Начальство получало больше ста рублей жалования, Егор — не больше
Первый её муж умер в день их свадьбы апоплексическим ударом двадцати четырёх лет от роду. Гости не сразу различили беду, галдели горько, мама встала целоваться, жених сидел, глядя удивлённо в холодец. Поглядел, поглядел и, тронутый мамой за плечо, завалился на свидетеля, уже холодный и твердеющий.
Человек обречён быть свободным. Сартр. Ты свободен, я, все свободны. Каждый вправе заключить контракт с кем угодно и на каких угодно условиях. Заключив же контракт, обязан его выполнять
fb2epub
Drag & drop your files (not more than 5 at once)