Сказки, Михаил Салтыков-Щедрин
ru
Free
Read

Сказки

Сказки Салтыкова-Щедрина – плод неустанных и горьких размышлений писателя о жизни современного ему общества и мироустройстве в целом – предстают сегодня не просто как злободневные социально-политические или нравственно-сатирические произведения, но как философские притчи, смысл и значение которых остаются актуальными во все времена.
more
Impression
Add to shelf
Already read
348 printed pages
Бесплатно

Related booksAll

Сказки, Михаил Салтыков-Щедрин
Сказки
Read

One fee. Stacks of books

You don’t just buy a book, you buy an entire library… for the same price!

Always have something to read

Friends, editors, and experts can help you find new and interesting books.

Read whenever, wherever

Your phone is always with you, so your books are too – even when you’re offline.

Bookmate – an app that makes you want to read

ImpressionsAll

b9969305634
b9969305634shared an impression6 months ago
👍
😄LOLZ
🎯Worthwhile
💡Learnt A Lot
🔮Hidden Depths

Круто. Нет слов!

Aydan S-Va
Aydan S-Vashared an impression7 months ago
👍

мне понравилась книга

😄LOLZ
🚀Unputdownable
🌴Beach Bag Book
💞Loved Up
🎯Worthwhile
💡Learnt A Lot
🔮Hidden Depths
🙈Lost On Me

Dinara Salimzyanova
Dinara Salimzyanovashared an impression2 years ago
👎

👍
🚀Unputdownable
🎯Worthwhile
💡Learnt A Lot
🔮Hidden Depths

Мне всегда нравились иронические сказки Салтыкова-Щедрина. Когда-то в школе нам задали прочитать только некоторые из них, теперь я вернулась к этому произведению и ни капли не пожалела, что прочитала каждую сказку, потому что в каждой заложена своя идея, своя мораль.

👍
🚀Unputdownable
🌴Beach Bag Book
🎯Worthwhile
💡Learnt A Lot
🔮Hidden Depths

👍
😄LOLZ
🎯Worthwhile
💡Learnt A Lot
🔮Hidden Depths

.

QuotesAll

— Теперь бы кофейку испить хорошо! — молвил один генерал, но вспомнил, какая с ним неслыханная штука случилась, и во второй раз заплакал.
– Глуп ты – вот в чем твоя вина. Да и жирен вдобавок. А глупому да жирному и закон повелевает щуке в хайло лезть!
Жил — дрожал, и умирал — дрожал.
Служили генералы всю жизнь в какой-то регистратуре[2]; там родились, воспитались и состарились, следовательно, ничего не понимали. Даже слов никаких не знали, кроме: «Примите уверение в совершенном моем почтении и преданности».
— Вот что, ваше превосходительство: вы пойдите направо, а я налево; этак-то лучше будет! — сказал один генерал, который, кроме регистратуры, служил еще в школе военных кантонистов учителем каллиграфии[5] и, следовательно, был поумнее.
— Кто бы мог думать, ваше превосходительство, что человеческая пища, в первоначальном виде, летает, плавает и на деревьях растет? — сказал один генерал.
— Да, — отвечал другой генерал, — признаться, и я до сих пор думал, что булки в том самом виде родятся, как их утром к кофею подают!
Загляните в любую Зоологию и всмотритесь в изображение гиены. Ее заостренная книзу мордочка не говорит ни о лукавстве, ни о подвохе, ни, тем менее, о жестокости, а представляется даже миловидною.
— За что вы меня тираните! — жаловалась бедная совесть, — за что вы мной, словно отымалкой какой, помыкаете?
— Что же я с тобою буду делать, сударыня совесть, коли ты никому не нужна? — спросил, в свою очередь, мещанинишка.
— А вот что, — отвечала совесть, — отыщи ты мне маленькое русское дитя, раствори ты передо мной его сердце чистое и схорони меня в нем! авось он меня, неповинный младенец, приютит и выхолит, авось он меня в меру возраста своего произведет да и в люди потом со мной выйдет — не погнушается.
«Потихоньку да полегоньку, двух смертей не бывает, одной не миновать…»
Докажу я вам, что может сделать истинная твердость души!
Раскладывает он «дамский каприз»[32] и думает: «Ежели сряду три раза выйдет, стало быть, надо не взирать». И как назло, сколько раз ни разложит — все у него выходит, все выходит! Не осталось в нем даже сомнения никакого.
— Уж если, — говорит, — сама фортуна указывает, стало быть, надо оставаться твердым до конца.
Удивительно, как иногда причины самые ничтожные к самым серьезным последствиям приводят.
«Какой такой твердый курицын сын у вас в уезде завелся?»
Жил — дрожал, и умирал — дрожал.
Для всех природа — мать, для него одного она — бич и истязание. Всякое проявление ее жизни отражается на нем мучительством, всякое цветение — отравою. Нет для него ни благоухания, ни гармонии звуков, ни сочетания цветов; никаких ощущений он не знает, кроме ощущения боли, усталости и злосчастия.
Жил — дрожал, и умирал — дрожал.
Именно к ней, к невесте своей, он и бежал в ту минуту, как волк его за шиворот ухватил. Ждет, чай, его теперь невеста, думает: «Изменил мне косой!» А может быть, подождала-подождала, да и с другим… слюбилась… А может быть и так: играла бедняжка, в кустах, а тут ее волк… и слопал!..
Глупый же вы, господин помещик
«Из Вятки пишут: один из здешних старожилов изобрел следующий оригинальный способ приготовления ухи: взяв живого налима, предварительно его высечь; когда же, от огорчения, печень его увеличится…»
ОБМАНЩИК-ГАЗЕТЧИК И ЛЕГКОВЕРНЫЙ ЧИТАТЕЛЬ
вот компромисс какой-нибудь сыскать — или, как по-русски зовется, фортель — это, пожалуй, дельно будет.

Related booksAll

Алёнушкины сказки, Дмитрий Мамин-Сибиряк
Дмитрий Мамин-Сибиряк
Алёнушкины сказки
Сергей Аксаков
Алень­кий цве­то­чек
Сергей Аксаков
Аленький цветочек
Сказка о рыбаке и рыбке, Александр Пушкин
Александр Пушкин
Сказка о рыбаке и рыбке
Басни, Иван Крылов
Иван Крылов
Басни
История одного города, Михаил Салтыков-Щедрин
Михаил Салтыков-Щедрин
История одного города
Сказка о золотом петушке, Александр Пушкин
Александр Пушкин
Сказка о золотом петушке
fb2epub
Drag & drop your files (not more than 5 at once)