ru
Free
Read

Тарас Бульба

Известная повесть Н.В. Гоголя из цикла «Миргород», при создании которой автор широко использовал различные исторические источники: мемуары, летописи, исследования, фольклорные материалы.
«Тарас Бульба» давно входит в школьную программу. Но хорошо бы иметь в виду, что для прочтения этой повести нужна мудрость, редко свойственная юному возрасту. Впрочем, наверное, это лишнее замечание: с классикой всегда так бывает.
more
Impression
Add to shelf
Already read
149 printed pages
Бесплатно

ImpressionsAll

👎
💤Borrrriiinnng!

Честно сказать, книга на любителя. Мне она показалась невероятно скучной.

👍
💡Learnt A Lot
💧Soppy

Отличная книга,которая рассказывает о жизни запорожских казаков,Гоголь молодец как ни посмотри.

Arzu
Arzushared an impression7 months ago
👎
💩Utter Crap
💤Borrrriiinnng!
🙈Lost On Me

????????????

👍
🔮Hidden Depths
💧Soppy

Отличная книга, каждому советую прочитать:)

b9152161412
b9152161412shared an impressionlast year
🎯Worthwhile
💡Learnt A Lot
🔮Hidden Depths
💀Spooky

Классная книга

Dmitry Carver
Dmitry Carvershared an impression2 years ago
👍
🎯Worthwhile

Kirill Vorontsov
Kirill Vorontsovshared an impressionlast month
🚀Unputdownable

Шедевр!!!!

b3305684345
b3305684345shared an impressionlast month
👍
🙈Lost On Me
💀Spooky
💧Soppy

Честно сказать, фильм страшнее

👍

💡Learnt A Lot

annmagde
annmagdeshared an impression2 months ago
💀Spooky

Старая книга открылась по-новому.

🚀Unputdownable

советую всем

👍
🎯Worthwhile
💡Learnt A Lot
🔮Hidden Depths

Про настоящую честь и смелость мужскую, коей не все парни и мужчины нынче обладают

👍
🚀Unputdownable
🔮Hidden Depths
💧Soppy

Прекрасная книга!

b5906651887
b5906651887shared an impression4 months ago
👍
🚀Unputdownable
🎯Worthwhile
💡Learnt A Lot
🔮Hidden Depths

b5365847347
b5365847347shared an impression5 months ago
🚀Unputdownable

Книга интересная про геройство

👍
🚀Unputdownable
🎯Worthwhile
💡Learnt A Lot
💀Spooky

Малый эпос Гоголя.

👍

👍
🚀Unputdownable

🎯Worthwhile
🔮Hidden Depths

Интересно

QuotesAll

Он шел, а биение сердца становилось сильнее, сильнее при одной мысли, что увидит ее опять
Степь чем далее, тем становилась прекраснее. Тогда весь юг, все то пространство, которое составляет нынешнюю Новороссию, до самого Черного моря, было зеленою, девственною пустынею. Никогда плуг не проходил по неизмеримым волнам диких растений. Одни только кони, скрывавшиеся в них, как в лесу, вытоптывали их. Ничего в природе не могло быть лучше. Вся поверхность земли представлялася зелено-золотым океаном, по которому брызнули миллионы разных цветов. Сквозь тонкие, высокие стебли травы сквозили голубые, синие и лиловые волошки; желтый дрок выскакивал вверх своею пирамидальною верхушкою; белая кашка зонтикообразными шапками пестрела на поверхности; занесенный бог знает откуда колос пшеницы наливался в гуще. Под тонкими их корнями шныряли куропатки, вытянув свои шеи. Воздух был наполнен тысячью разных птичьих свистов. В небе неподвижно стояли ястребы, распластав свои крылья и неподвижно устремив глаза свои в траву. Крик двигавшейся в стороне тучи диких гусей отдавался бог весть в каком дальнем озере. Из травы подымалась мерными взмахами чайка и роскошно купалась в синих волнах воздуха. Вон она пропала в вышине и только мелькает одною черною точкою. Вон она перевернулась крылами и блеснула перед солнцем… Черт вас возьми, степи, как вы хороши!..
молоко на губах не обсохло!
Степь чем далее, тем становилась прекраснее. Тогда весь юг, все то пространство, которое составляет нынешнюю Новороссию, до самого Черного моря, было зеленою, девственною пустынею. Никогда плуг не проходил по неизмеримым волнам диких растений. Одни только кони, скрывавшиеся в них, как в лесу, вытоптывали их. Ничего в природе не могло быть лучше. Вся поверхность земли представлялася зелено-золотым океаном, по которому брызнули миллионы разных цветов. Сквозь тонкие, высокие стебли травы сквозили голубые, синие и лиловые волошки; желтый дрок выскакивал вверх своею пирамидальною верхушкою; белая кашка зонтикообразными шапками пестрела на поверхности; занесенный бог знает откуда колос пшеницы наливался в гуще. Под тонкими их корнями шныряли куропатки, вытянув свои шеи. Воздух был наполнен тысячью разных птичьих свистов. В небе неподвижно стояли ястребы, распластав свои крылья и неподвижно устремив глаза свои в траву. Крик двигавшейся в стороне тучи диких гусей отдавался бог весть в каком дальнем озере. Из травы подымалась мерными взмахами чайка и роскошно купалась в синих волнах воздуха. Вон она пропала в вышине и только мелькает одною черною точкою. Вон
чтобы человек сгинул, как собака, без доброго дела, чтобы ни отчизне, ни всему христианству не было от него никакой пользы? Так на что же мы живем, на какого черта мы живем? растолкуй ты мне это. Ты человек умный, тебя недаром выбрали в кошевые, растолкуй ты мне, на что мы живем?
было, точно, необыкновенное явленье русской силы: его вышибло из народной груди огниво бед
поворотись-ка, сын! Экой ты смешной какой! Что это на вас за поповские подрясники? И эдак все ходят в академии? – Такими словами встретил старый Бульба двух сыновей своих, учившихся в киевской бурсе и приехавших домой к отц
Тарас был один из числа коренных, старых полковников: весь был он создан для бранной тревоги и отличался грубой прямотой своего нрава.
как попало становил на время соломенное жилище свое человек. Он думал: «Не тратить
Всякий приходящий сюда позабывал и бросал все, что дотоле его занимало. Он, можно сказать, плевал на свое прошедшее и беззаботно предавался воле и товариществу таких же, как сам, гуляк, не имевших ни родных, ни угла, ни семейства, кроме вольного неба и вечного пира души своей. Это производило ту бешеную веселость, которая не могла бы родиться ни из какого другого источника.
Нет, братцы, так любить, как русская душа, – любить не то чтобы умом или чем другим, а всем, чем дал Бог, что ни есть в тебе, а… – сказал Тарас, и махнул рукой, и потряс седою головою, и усом моргнул, и сказал: – Нет, так любить никто не может!
Нет уз святее товарищества! Отец любит свое дитя, мать любит свое дитя, дитя любит отца и мать. Но это не то, братцы: любит и зверь свое дитя. Но породниться родством по душе, а не по крови, может один только человек. Бывали и в других землях товарищи, но таких, как в Русской земле, не было таких товарищей. Вам случалось не одному помногу пропадать на чужбине; видишь – и там люди! также божий человек, и разговоришься с ним, как с своим; а как дойдет до того, чтобы поведать сердечное слово, – видишь: нет, умные люди, да не те; такие же люди, да не те! Нет, братцы, так любить, как русская душа, – любить не то чтобы умом или
Остапу, казалось, был на роду написан битвенный путь и трудное знанье вершить ратные дела. Ни разу не растерявшись и не смутившись ни от какого случая, с хладнокровием, почти неестественным для двадцатидвухлетнего, он в один миг мог вымерять всю опасность и все положение дела, тут же мог найти средство, как уклониться от нее, но уклониться с тем, чтобы потом верней преодолеть ее. Уже испытанной уверенностью стали теперь означаться его движения, и в них не могли не быть заметны наклонности будущего вождя. Крепостью дышало его тело, и рыцарские его качества уже приобрели широкую силу льва.
– Хочется мне вам сказать, панове, что такое есть наше товарищество.
Остап Бульба, несмотря на то что начал с большим старанием учить логику и даже богословие, никак не избавлялся неумолимых розг. Естественно, что все это должно было как-то ожесточить характер и сообщить ему твердость, всегда отличавшую козаков. Остап считался всегда одним из лучших товарищей. Он редко предводительствовал другими в дерзких предприятиях – обобрать чужой сад или огород, но зато он был всегда одним из первых, приходивших под знамена предприимчивого бурсака, и никогда, ни в каком случае, не выдавал своих товарищей. Никакие плети и розги не могли заставить его это сделать. Он был суров к другим побуждениям, кроме войны и разгульной пирушки; по крайней мере, никогда почти о другом не думал. Он был прямодушен с равными. Он имел доброту в таком виде, в каком она могла только существовать при таком характере и в тогдашнее время. Он душевно был тронут слезами бедной матери, и это одно только его смущало и заставляло задумчиво опустить голову.
Она уже успела нарезать ломтями принесенный рыцарем хлеб, несла его на золотом блюде и поставила перед своею панною.
Уже около недели Тарас Бульба жил с сыновьями своими на Сечи. Остап и Андрий мало занимались военною школою. Сечь не любила затруднять себя военными упражнениями и терять время; юношество воспитывалось и образовывалось в ней одним опытом, в самом пылу битв, которые оттого были почти беспрерывны. Промежутки козаки почитали скучным занимать изучением
Я грамоте разумею не сильно, а потому и не знаю: Гораций, что ли?
Сыновья его только что слезли с коней. Это были два дюжие молодца, еще смотревшие исподлобья, как недавно выпущенные семинаристы. Крепкие, здоровые лица их были покрыты первым пухом волос, которого еще не касалась бритва. Они были очень смущены таким приемом отца и стояли неподвижно, потупив глаза в землю.
Остап считался всегда одним из лучших товарищей. Он редко предводительствовал другими в дерзких пред

On the bookshelvesAll

Александр Гермаков

Бесплатно

Надя

Школа злословия

Anastasiya Nagurnova

Старая добрая классика

ReadRate

Владимир Познер: парадоксальный взгляд на 12 классических книг

Related booksAll

Related booksAll

Николай Гоголь

Шинель

Николай Гоголь

Вечера на хуторе близ Диканьки

Александр Пушкин

Медный всадник

Александр Пушкин

Борис Годунов

Николай Гоголь

Ревизор

Михаил Лермонтов

Мцыри

Денис Фонвизин

Недоросль

On the bookshelvesAll

Бесплатно

Школа злословия

Старая добрая классика

Don’t give a book.
Give a library.
fb2epubzip
Drag & drop your files (not more than 5 at once)