Read

Страх и трепет

Сёрен Кьеркегор (1813–1855) — выдающийся датский философ и теолог, писатель, предшественник современного экзистенциализма, оказавший влияние на творчество многих деятелей русской и западноевропейской культуры. В настоящее издание включены этические трактаты Кьеркегора «Страх и трепет», «Понятие страха», «Боязнь к смерти», которые представляются наиболее важными для понимания его мировоззрения, проникнутого парадоксальностью, мистическими настроениями и тонкими психологизмом в понимании нравственных начал человека.
more
Impression
Add to shelf
Already read
170 printed pages

QuotesAll

если бы вечное забвение всегда жадно подстерегало свою добычу и никакая сила не способна была бы вырвать эту добычу из его когтей, как безутешна и пуста оказалась бы тогда жизнь!
, обретает Исаака. Тот же, кто не трудится, не получает хлеба, может лишь заблуждат
Его желанием было находиться рядом в тот час, когда Авраам поднял глаза и увидел вдали гору Мориа, в тот час, когда он отпустил ослов и один взошел на гору с Исааком; ибо то, что им двигало, было не искусственным трепетом фантазии, но содроганием мысли.
Tot enim me dubiis totque erroribus implicatum esse animadverti, ut omnes discendi conatus nihil aliud mini profuisse judicarem, quam quod ignorantiam meam magis magisque detexissem
Предположим, что некто, обучающийся танцам, сказал бы: "На протяжении сотен дет одно поколение за другим училось этим движениям, пора бы уж мне как-то воспользоваться этим и сразу начать танцевать французский танец". Все, конечно, немного посмеялись бы над ним; однако в мире духа нечто подобное считается в высшей степени уместным
Если уж наступит самое плохое, сомневающийся, даже если он обрушил на мир все возможные несчастья оттого, что говорил, будет все же гораздо предпочтительнее тех жалких сластен, которые вкушают от всего и пытаются излечить сомнение, не зная его на деле, — потому-то они обыкновенно и являются непосредственным поводом для дикого и необузданного взрыва сомнения.
Такое знание предполагает, что довольно постигнуть нечто великое и всеобъемлющее, и никакого другого УСИЛИЯ более не нужно. Но зато такое знание и не обретает хлеба, оно погибает от голода, тогда как вокруг него все обращается в золо
так, он, пожалуй, все равно мог бы любить Бога, но он бы не верил; ибо тот, кто любит Бога без веры, рефлектирует о себе самом, тогда как тот, кто любит Бога веруя, рефлектирует о Боге.
Когда человек вступает на путь трагического героя — путь, который в некотором смысле действительно является трудным, — многие способны помочь ему советом; тому же, кто идет узким путем веры, никто не может дать совета и никто не может его понять. Вера — это чудо, и все же ни один человек не исключен из нее; ибо то, в чем соединяется всякая человеческая жизнь, — это страсть,* вера же поистине есть страсть.
Был тот, кто оказался велик в своей силе, был и тот, кто оказался велик в своей мудрости, и тот, кто оказался велик в надежде, и тот, кто оказался велик в любви; но самым великим из всех оказался Авраам: он был велик мощью, чья сила лежала в бессилии, велик в мудрости, чья тайна заключалась в глупости,[15] велик в той надежде, что выглядела как безумие, велик в той любви, что является ненавистью к себе самому.
Если бы у человека не было вечного сознания, если бы в основе всего лежала лишь некая дикая сила — сила, что, сплетаясь в темных страстях, порождает все, от великого до незначительного, если бы за всем была сокрыта бездонная пустота, которую ничем нельзя насытить, чем была бы тогда жизнь, если не отчаянием?
Все они останутся в памяти, но каждый будет велик относительно своего ожидания (Forventning).
О нет! Никто не будет забыт из тех, кто был велик в этом мире; но каждый был велик здесь своим особым образом, и каждый — относительно величины того, что он любил.
Никто не будет забыт из тех, кто был велик в этом мире; но каждый был велик здесь своим особым образом, и каждый — относительно величины того, что он любил.
Но то, чего не хватает нашему времени, — это не рефлексия, но страсть.
В прежние времена все обстояло по-иному, так как вера составляла задачу всей жизни, ибо люди полагали, что способность верить не может быть обретена за считанные дни и недели. И когда почтенный старец, убеленный сединами, приближался к концу своей жизни, оказывалось, что он выиграл прекрасную битву и обрел веру
Когда нужно отлучать ребенка от груди, мать чернит свою грудь; было бы грехом, если бы грудь выглядела привлекательно, а ребенку нельзя было бы ее трогать.
приписал бы никакой ценности — ни самой по себе, ни для себя — той трудности, которая, даже после ее преодоления, не уводит умника дальше точки, куда с легкостью добирается самый простой и заурядный человек".
В прежние времена все обстояло по-иному, так как вера составляла задачу всей жизни, ибо люди полагали, что способность верить не может быть обретена за считанные дни и недели.
оказался Авраам: он был велик мощью, чья сила лежала в бессилии, велик в мудрости, чья тайна заключалась в глупости,[15] велик в той надежде, что выглядела как безумие, велик в той любви, что является ненавистью к себе самому

On the bookshelvesAll

Анна Логиновская

Книги, которые должен прочесть каждый. Список Бродского

Серёга Шабалин

Список Бродского

Alexandra

Лена

Konstantin Berlinets

Важное, нужное

Related booksAll

Related booksAll

Сёрен Кьеркегор

Дневник обольстителя. Афоризмы

Сёрен Кьеркегор

Понятие страха

Сёрен Кьеркегор
Бо­лезнь к смерти

Сёрен Кьеркегор

Болезнь к смерти

Гай Плиний Младший
Письма Пли­ния Млад­шего. Па­не­ги­рик Тра­яну

Гай Плиний Младший

Письма Плиния Младшего. Панегирик Траяну

Мартин Лютер

95 тезисов

Томас Гоббс

Левиафан, или Материя, форма и власть государства церковного и гражданского

Блез Паскаль

Мысли

On the bookshelvesAll

Книги, которые должен прочесть каждый. Список Бродского

Список Бродского

Лена

Don’t give a book.
Give a library.
fb2epubzip
Drag & drop your files (not more than 5 at once)