Семнадцать мгновений весны, Юлиан Семенов
Read

Семнадцать мгновений весны

Юлиан Семенович Семенов — русский советский писатель, историк, журналист, поэт, автор культовых романов о Штирлице, легендарном советском разведчике. Макс Отто фон Штирлиц (полковник Максим Максимович Исаев) завоевал любовь миллионов читателей и стал по-настоящему народным героем. О нем рассказывают анекдоты и продолжают спорить о его прототипах. Большинство книг о Штирлице экранизированы, а телефильм «Семна­дцать мгновений весны» был и остается одним из самых любимых и популярных в нашей стране. В книгу вошли три знаменитых романа Юлиана Семенова из цикла о Штирлице: «Майор Вихрь» (1967), «Семнадцать мгновений вес­ны» (1969) и «Приказано выжить» (1982).
more
Impression
Add to shelf
Already read
1,196 printed pages

Related booksAll

One fee. Stacks of books

You don’t just buy a book, you buy an entire library… for the same price!

Always have something to read

Friends, editors, and experts can help you find new and interesting books.

Read whenever, wherever

Your phone is always with you, so your books are too – even when you’re offline.

Bookmate – an app that makes you want to read

ImpressionsAll

andrvershinin
andrvershininshared an impression7 months ago
🔮Hidden Depths
💡Learnt A Lot

👍
💀Spooky
💡Learnt A Lot
🎯Worthwhile

Пропустила в юности, исправляю упущение... Есть пророчества, есть вещи наводящие ужас. Третья часть тяжела для чтения, не знаю как Штирлиц и Семенов, я откровенно запуталась в играх "пауков в банке" )))

QuotesAll

Музыку вообще можно понять лишь после того, как переживешь что-то большое, очень твое, главное — горе ли, счастье.
Отступили под Москвой? — В этом виновата русская зима. Разбиты под Сталинградом? — В этом повинны изменники-генералы. Разрушены Эссен, Гамбург и Киль? — В этом виноват вандал Рузвельт, идущий на поводу у американской плутократии». И народ верил этим ответам, которые ему готовили люди, не верившие ни в один из этих ответов.
— У нас сметана восьми сортов, есть и взбитая, и с вареньем, и с сыром, а вот простой сметаны у нас нет. Пожалуйста, простите меня. Я пойду к повару и попрошу его придумать что-нибудь для вас. У нас не едят простую сметану, но я постараюсь что-нибудь сделать...
«У них не едят простую сметану, — подумал Штирлиц. — А у нас мечтают о простой корке хлеба. А здесь нейтралитет: восемь сортов сметаны, предпочитают взбитую. Как, наверное, хорошо, когда нейт­ралитет. И для человека, и для государства... Только когда пройдут годы, вдруг до тебя дойдет, что, пока ты хранил нейтралитет и ел взбитую сметану, главное-то прошло мимо. Нет, это страшно: всегда хранить нейтралитет. Какой, к черту, нейтралитет? Если бы мы не сломили Гитлера под Сталинградом, он бы оккупировал эту Швейцарию — и тю-тю нейтралитет вместе со взбитой сметаной».
«Честность подразумевает действие, — посмеиваясь, начал читать он, — вера зиждется на борьбе. Проповедь честности при полном бездействии — предательство: и паствы, и самого себя. Человек может себе простить нечестность, потомство — никогда. Поэтому я не могу простить себе бездействия. Бездействие — это хуже, чем предательство. Я ухожу. Оправдайте себя — бог вам в помощь»
Когда операция замышляется в слишком точных рамках, можно ожидать провала: нарушение хотя бы одной заранее обусловленной связи может повлечь за собой крушение главного.
«Если ребенок после пятнадцати лет не стал твоим другом, — сказал себе Мюллер, — если он не бредит отцом, он чужой тебе; вопрос крови пусть занимает Геббельса; повиснуть на дыбе в камере за молодого ублюдка, который, как оказалось, лишен охранительного разума — а по новому закону фюрера меня могла ожидать именно эта участь, — предательство той мечты, которой я живу.
«Не сердись, милый, — думал он, глядя на отошедшего парня, — лучше это сделать мне, чем кому-то другому... Только не прав ты про амулет... Когда мне очень плохо и я с открытыми глазами иду на риск, а у меня он всегда смертельный, я надеваю на грудь амулет — медальон, в котором лежит прядь Сашенькиных волос... Мне пришлось выбросить ее медальон — он был слишком русским, и я купил немецкий, тяжелый, нарочито богатый, а прядь волос — золотисто-белых, ее, Сашенькиных, — со мной, и это мой амулет...»
Бедные эмигранты — несчастные люди, которые считают, что только они-то и любят родину по-настоящему. Их даже ненавидеть толком нельзя. Бессильные люди, которым ничего не дано, кроме как ругать нас днем, бояться и плакать ночью».
Предсказатель спросил
Нация не может быть великой, если она заставляет всех уверовать в это с помощью концлагерей.
Славяне начали драчку, будет чем поживиться арийцу
Посылать в будущую Россию диверсантов, которые бы взрывали заводы, — смешная затея. А вот если наша пропаганда точно и аргументированно докажет национальностям России, что каждая из них может существовать, разговаривая только на своем языке, — это будет наша победа, и противопоставить этой победе русские не смогут ничего.
Ступени, по которым ОСС шагала к могуществу, были сложены из трупов политических деятелей.
Самолюбие — как нижнее белье: его надо иметь, но не обязательно показывать
И только редкий союз эмоциональной непосредственности и медлительной аналитичности рождает тот сплав, который делает человека разведчиком — не просто видящим, слушающим и молчащим, но главное — быстро и точно думающим; не просто оценивающим факт, но анализирующим его с точки зрения перспективы.
В споре важно задавать вопросы: тогда виден контрагент, да и потом, отвечать всегда сложнее, чем спрашивать...»
Мюллер верил Айсману, поэтому с ним он шутил зло и честно и так же разговаривал.
Видимо, если бы не было этого искреннего убеждения у нашего человека, что его, и только его поступок, помысел и даже внутреннее желание принесет неисчислимые беды фронту, всей стране, тогда победа далась бы куда как бо`льшими жертвами.
Разведчика губит не риск, и не случай, и не предательство. Разведчика может погубить только одно — страх
У вас надежная крыша?
— А я живу на втором этаже, — не поняв жаргона, ответил Плейш­нер.
Поймите, каждый из нас — не слабый человек, живущий во власти случаев и обстоятельств, но вождь многомиллионного клеточного, самого разумного из всех существовавших под солнцем государств! Звездных систем! Галактик! Поймите наконец, кто вы есть! Откройте глаза на самих себя. Научитесь уважать себя и ничего не бойтесь. Все страхи этого мира эфемерны и смешны, если только понять призвание человека — быть человеком

Related booksAll

Испанский вариант, Юлиан Семенов
Юлиан Семенов
Испанский вариант
Пароль не нужен, Юлиан Семенов
Юлиан Семенов
Пароль не нужен
Нежность, Юлиан Семенов
Юлиан Семенов
Нежность
Горение, Юлиан Семенов
Юлиан Семенов
Горение
Юлиан Семенов
При ис­пол­не­нии слу­жеб­ных обя­зан­но­стей
fb2epub
Drag & drop your files (not more than 5 at once)