Read

Кондуит и Швамбрания

Детство и гимназические годы Льва Абрамовича Кассиля совпали с событиями, которые потрясли весь мир: Первая мировая война и революция 1917 года в России. В повести «Кондуит и Швамбрания» автор обращается к собственному детскому опыту и рассказывает о событиях, в которых участвовал он сам и его семья. Там есть все: и захватывающие дух приключения, и уморительные проделки, и замечательные исторические зарисовки России начала века.
…В конце зимы 1914 года отбывающие наказание в углу братья-гимназисты Леля и Оська неожиданно для самих себя открывают Великое государство Швамбранское, расположенное на материке Большого Зуба, населяют его героями и играют в эту волшебную игру много лет. А еще это рассказ про гимназистов и их школьную жизнь, про проказы и шалости…
Очаровательный и неповторимый юмор Льва Кассиля наиболее полно показал себя именно в этой повести.
more
Impression
Add to shelf
Already read
291 printed pages
Дети

ImpressionsAll

b3814022113
b3814022113shared an impression2 months ago
👍
💡Learnt A Lot
🎯Worthwhile
💞Loved Up
🌴Beach Bag Book
🚀Unputdownable
😄LOLZ
🐼Fluffy

👍

Alena Tyurina
Alena Tyurinashared an impression8 months ago
👍
🚀Unputdownable
😄LOLZ

Чудо!!!

Любимая книга детства!

Svetlana Filatova
Svetlana Filatovashared an impression2 months ago

На злобу дня...

QuotesAll

Inna
Innahas quotedlast year
В отличие от книг, где добро торжествовало, а зло попиралось лишь в последних главах, в Швамбрании герои были вознаграждены, а негодяи уничтожены с самого начала. Швамбрания была страной сладчайшего благополучия и пышного совершенства. Ее география знала лишь плавные линии.
Симметрия — это равновесие линий, линейная справедливость. Швамбрания была страной высокой справедливости
Папа очень вспыльчив. В сердцах он оглушителен. Нам тогда влетает «под первое число» и под двадцатое. Нам всыпается и в хвост и в гриву, нас распекают во всю ивановскую, нам прописывают ижицу… Тогда на сцену выступает мама.
Узнали мы еще также, что если человек чихнет, ему надо сейчас же сказать: «Ахчхи, спичка в нос, пара колес, конец оси, чтоб чесало в носе; чих на ветер, кишки на мешки, жилки на струнку, живот на хомут»…
Мир был очень велик, как учила география, но места для детей в нем не было уделено. Всеми пятью частями света владели взрослые. Они распоряжались историей, скакали верхом, охотились, командовали кораблями, курили, мастерили настоящие вещи, воевали, любили, спасали, похищали, играли в шахматы… А дети стояли в углах. Взрослые забыли, наверно, свои детские игры и книжки, которыми они зачитывались, когда были маленькими. Должно быть, забыли! Иначе они бы позволяли нам дружить со всеми на улице, лазить по крышам, бултыхаться в лужах и видеть кипяток в шахматном короле…
– Если бы я знал, что у меня такой папа будет, – ревел Оська, – ни за что бы в жизни не родился!
На Новый год является «проздравить» сам городовой. Он стукает каблуками и говорит:
– Честь имею…
Ему выносят на блюдце рюмку водки и серебряный рубль. Городовой берет целковый, благодарствует и пьет за наше здоровье. Мы смотрим ему в рот. Крякнув, городовой замирает, предаваясь внутреннему созерцанию, словно прислушиваясь, как вливается водка в его полицейский желудок. Затем он опять щелкает каблуками и прикладывает руку к козырьку.
– Зачем это он? – шепотом интересуется Оська.
– Это он отдает нам честь, – поясняю я. – Помнишь, когда он вошел сначала, он сказал: «Имею честь»? А теперь он ее отдает нам.
– За рубль? – спрашивает Оська.
Городовой смущен.
– Вы что тут торчите, архаровцы? – раздается бас отца.
– Папа, – кричит Оська, – а нам тут полицейский честь отдал за рубль!
– Переплатили, переплатили! – хохочет отец. – Полицейская честь и пятака не стоит…
Кинематограф всегда окружали козы. У афиш, расклеенных на мучном клейстере, паслись целые стада.
Каждая королева могла работать за елку, извозчика, китайскую пагоду, за цветочный горшок на подставке и за архиерея… Нет, никак нельзя было удержаться, чтобы не трогать шахмат!
— Т-с-с!
Тишина. Духота. Нос чешется. Дисциплина. Руки по швам. Второй час на исходе.
— Бо-о-же, царя храни!
Директор выходит вперед и, словно из детского пистолета, коротко стреляет:
— Ура!
— Уррра-а-а-а-а-а!!!!
Коридор сотрясается. Директор еще раз:
— Ура!
— Уррррааааа!!!
Еще раз… Эх, раз, еще раз!..
— Ура-а!
— А-а-а-а-а…ыак…
— Николай Ильич, Боженов уже блюет на пол…
— …Боже, царя храни…
Боженова уносят. Обморок. Молебен окончен. Можно почесать нос, на один крючок расстегнуть ворот.
. Дело идет о жизни и наоборот.
Был еще «пляж», вытянувшаяся стрункой река Хальма, столица Швамбраэна, города Аргонск и Драндзонск, бухта Заграница, «тот берег», пристань, горы и, наконец, «место, где земля закругляется».
«Аптечкой» у нас почему-то называлась полутемная проходная комната около уборной и кухни. На маленьком оконце стояли пыльные склянки и бутылки. Вероятно, это и породило кличку.
Самовар фыркает на Аннушку: «Фррря…» – и посвистывает: «Фефела…»

On the bookshelvesAll

Алексей Сканави

Мои детские книжки

Международная выставка-конкурс «Белая ворона»

Как вдохновить детей на поиск, труд и победы

Salmonberry

детские

По

Зарубежное

Related booksAll

Related booksAll

Лев Кассиль

Будьте готовы, Ваше высочество

Алексей Пантелеев, Григорий Белых, Леонид Пантелеев

Республика Шкид (сборник)

Мери Мейпс Додж

Серебряные коньки

Дональд Биссет

Все кувырком

Лев Кассиль

Великое противостояние

Лев Кассиль

Держись, капитан!

Григорий Белых, Леонид Пантелеев

Республика Шкид

On the bookshelvesAll

Мои детские книжки

Как вдохновить детей на поиск, труд и победы

детские

Don’t give a book.
Give a library.
fb2epubzip
Drag & drop your files (not more than 5 at once)