Read

Станция на горизонте

Ранний роман Ремарка, в котором он только нащупывает основные темы, ставшие ключевыми в его творчестве…
Автогонщики. Мужчины, живущие на адреналине.
Они – кумиры светских красавиц.
Они зарабатывают большие деньги и рискуют жизнью.
Но в действительности шлемы «королей автогонок» скрывают усталые лица классических представителей «потерянного поколения», так и не сумевших опомниться от кошмара Первой мировой.
more
Impression
Add to shelf
Already read
208 printed pages
Классика

ImpressionsAll

Книга тягомотная, но описание гонки шикарно!

Концовка шедевральна. Браво, как всегда, впрочем.

👍

Отличная книга.

QuotesAll

решает не идея, а последовательность…
он сидит здесь, наполовину безучастный, минуты и секунды его жизни безвозвратно утекают; где-то меж тем беззвучно катит поток Времени, загадочный и пугающий в своем неудержимом призрачном скольжении, безостановочный, как
Игра с закрытыми картами явных достижений не воспринимает, ей требуются только блеф и самообладание.
во всех любовных делах первым делом обозначать границы, ибо ни в одной другой сфере катастрофа не может разразиться по такой пустяковой причине, как в этой
Человек должен либо вообще не уезжать, либо вообще не возвращаться, ведь по возвращении никогда не находишь того, что оставил, и впадаешь в разлад с собой.
большие куски арбуза, которые он сдобрил перцем и горчицей с травами
Время спешит, как плохие часы.
Скажу вам больше: вы здесь найдете мужчин, которых она попросту забыла. Ибо в ней было столько жизни, что она забывала о том, чего лишается, когда имела в виду что-то другое. Я никогда не видел более непринужденной женщины
Если исходить из задачи стопроцентно использовать данную тебе жизнь, тогда то, что вы называете предусмотрительностью, заслуживает более лестного определения: это знание, знание, дарующее человеку превосходство, умение предвидет
ведь по возвращении никогда не находишь того, что оставил, и впадаешь в разлад с собой.
Это вообще нелепость – жить согласно принципам, хоть бы и безупречным.
Они всегда делают только то, что разумно и правильно, и это просто ужасно…
Человек должен либо вообще не уезжать, либо вообще не возвращаться, ведь по возвращении никогда не находишь того, что оставил, и впадаешь в разлад с собой.
Суть рекорда заключена в его человеческой бесполезности; именно поэтому он так жестко и неотступно спрессовывает желание победить в высочайшее напряжение и распаляет лихорадку столь высоких ожиданий, как будто речь идет о важнейших мировых проблемах, – а ведь, в сущности, дело сводится к тому, чтобы отвоевать у некоторых совершенно безразличных тебе людей, которые, возможно, любят пикейные жилеты или с удовольствием едят ростбиф, несколько метров пространства.
Она вела машину одна. Бледная от испуга, она не сводила глаз с Льевена. Он пожал плечами:
– Не повезло.
– Это была моя вина, – поспешно сказала дама.
– Когда имеешь дело с автомобилями, о чьей-то вине говорить не приходится, – ответил он. – Это была досадная случайность. Надеюсь, мы сможем починить вашу машину
Жизнь здесь шла спокойная и оседлая, в близости к земле, подвластная временам года и основанная на злободневных календарных событиях, – важнее было думать о севе и урожае, нежели о сердце
музыка вкупе с осенними впечатлениями настраивает на особый лад
Кай долго медлил. Он хорошо знал волшебное действие моторов, в сравнении с которым всякий другой спорт казался дилетантским. Сегодня он опять его почувствовал; почувствовал, как любил то превращение, что происходило с человеком, когда он садился за руль гоночного автомобиля и весь его опыт, весь ум – итог целой жизни, – устремлялся к одной бессмысленной цели: оказаться на несколько секунд быстрее, чем другие люди в похожих автомобилях
Одна из маленьких хитростей – знать, что при тяжелых душевных состояниях неодушевленные предметы приносят больше облегчения, чем чье-то сочувствие или утешение. Человек в отчаянном положении – он берет и переодевается в любимые вещи, и вот уже все стало проще, чем за минуту перед тем; или же он не запирается в четырех стенах, а начинает ходить, ровно дыша, ходит и замечает, как отпускает напряжение…
ничего не жаждет человек так сильно и болезненно, как того, что ему чуждо и никогда не могло бы стать частицей его собственного «я».

On the bookshelvesAll

Natalia Beloshytskaya

Классика

Алина Лунёва

Иностранка

Artem Zhdanov

Эрих Мария Ремарк

Мясная Тихоня

Ремарк

Related booksAll

Related booksAll

Эрих Мария Ремарк

Гэм

Эрих Мария Ремарк

Приют Грез

Эрих Мария Ремарк

Земля обетованная

Эрих Мария Ремарк

Последняя остановка (сборник)

Эрих Мария Ремарк

Искра жизни

Эрих Мария Ремарк

Возвращение

Эрих Мария Ремарк

От полудня до полуночи (сборник)

On the bookshelvesAll

Классика

Иностранка

Эрих Мария Ремарк

Don’t give a book.
Give a library.
fb2epubzip
Drag & drop your files (not more than 5 at once)