Read

Венерин волос

Герой-рассказчик романа «Венерин волос» служит переводчиком в миграционной службе. Бесконечные истории беженцев, просящих политического убежища, переплетаются, прорастают друг в друга – из современной Швейцарии действие переносится в Париж, Россию начала прошлого века или древнюю Персию – и сливаются воедино – в историю любви, без которой невозможен мир.
Роман удостоен премий «Большая книга» и «Национальный бестселлер».
more
Impression
Add to shelf
Already read
506 printed pages
Современная проза

ImpressionsAll

Светлана
Светланаshared an impressionlast year
👍
🔮Hidden Depths
🚀Unputdownable
💧Soppy

Я читала эту книгу 3 раза. Ради волшебного слога и больно- горьких эмоций. Если буду читать 4 раз, появятся мысли о собственном мазохизме. Книга прекрасна! Её надо читать, испытывать эмоции (все, от недоумения до возмущения ), проживать жизнь с главной героиней, вчитываться в бесконечные абзацы, выдыхать на редком начале новой главы. Потом пить чай с родными и немного больше их любить...

amillo26995
amillo26995shared an impressionlast month

Так писать умеют точно только гениальные люди...

Rita Rudnik
Rita Rudnikshared an impression9 months ago
👍
🔮Hidden Depths

Как здорово что у нас пишут такие книги. Это что-то фоерское, надрывное, захлебное. Читаешь и рыдаешь, читаешь и узнаешь себя, стыдишься, читаешь и жалеешь себя, пытаешься простить. Но при всей этой надрывности книга еще и русская - в русском культурном коде - и от того еще больнее и слаще. Это в нашем коде зверства чеченской войны и беспредел революции, в нашем коде безразличие бюрократии и лицемерие высших кругов, не знающих, когда за ними приедет воронок, это в нашем коде вера в Бога и внушающие веру во все светлое гимнвзистки с их первой чистой любовью... Читаешь и причащаешься всего этого, и радуешься, что часть этого, и обретаешь надежду, что вот она, травка-муравка, может, приведет нас, куда нужно.

🙈Lost On Me

Что курил автор?

QuotesAll

Она однажды сказала, что я – настоящий мужчина: снаружи бункер, а внутри детская.
и вот перед вами река, полная сверху отражениями, а внутри временем, налита им до краев
Пошла пройтись после обеда по поселку, и ко мне пристал какой-то пес. Привела домой, накормила. Маша надулась, что, мол, привожу всякую нечисть и что всех голодных собак все равно не накормишь. Раз всех не накормишь, значит - именно поэтому - надо покормить ту, какую можешь - вот эту. Это как со счастьем. Раз всем быть счастливыми все равно невозможно - значит, счастлив должен быть тот, кто сейчас может. Надо быть счастливым сегодня, сейчас, несмотря ни на что. Кто-то сказал, что не может быть рая, если есть ад. Якобы невозможно пребывать в раю, если знать, что где-то существует страдание. Ерунда. Настоящее наслаждение жизнью можно ощутить, только если пережито страдание. Что вот этой дворняге остатки нашего супа, если бы она не подыхала с голоду? И всегда так было: кому-то отрубают голову, а у двоих в толпе на площади перед эшафотом в это время первая любовь. Кто-то любуется живописным заходом солнца, а кто-то смотрит на этот же закат из-за решетки. И так всегда будет! Так и должно быть! И скольким бы десяткам или миллионам ни рубили голову - все равно в это самое время у кого-то должна быть первая любовь. Даже у того подростка. Вижу перед глазами его лицо - возвращались из Крыма на поезде и остановились на каком-то разъезде, а прямо напротив - столыпин, в узеньком окошке решетка и чье-то полудетское лицо. А у нас на столике - еда, и цветы, и бутылки. Минуту всего так простояли. Все в купе замолчали. А когда поехали дальше, уже не было никакого веселья. Или все должно быть наоборот? И жить нужно после такого еще веселее? И вкус еды должен быть острее? Закат красивее? Весь мир - одно целое, сообщающиеся сосуды. Чем сильнее где-то несчастье одних, тем сильнее и острее должны быть счастливы другие. И любить сильнее. Чтобы уравновесить этот мир, чтобы он не перевернулся, как лодка.
Главный вопрос, занимающий имперские умы уже не одно поколение, – кто мы и зачем? Ответ на него, при всей кажущейся очевидности, невнятен. В профиль – гипербореи, анфас – сарматы, одним словом, то ли орочи, то ли тунгусы. И каждый – закладка. Я хотел написать «загадка».
Что Вам сказать о нашей империи? Обетованна, странноприимна, небоскребна. По площади три года скачи – не доскачешь. По числу комаров на тело населения в бессонные часы нет ей равных. По забору пробегают белки.
«Вы еще не люди, вы еще холодная глина – вас уже слепили, но ничего не вдули!»
жизнь – это натянутый лук, а смерть – это полет пущенной стрелы
девушка, с волосами, растущими везде, где не нужно, умирающая по ночам от безлюбья, и читала про иудей
«Мы едим говядину, корова ест траву, трава – нас».
Прическа влияет на то, как складывается день, а в итоге и жизнь.
Детектив – это тот же ужас, как в газетах, только с той разницей, что заканчивается хорошо.
И вы поняли, что добро и зло – это один такой оборотень. Так?
Изольда учит его чокаться по-итальянски. Нужно сказать:
- Cento giorni come questo!1

1 Сто таких дней, как этот! (итал.)
Что Вам сказать о нашей империи? Обетованна, странноприимна, небоскребна. По площади три года скачи – не доскачешь. По числу комаров на тело населения в бессонные часы нет ей равных. По забору пробегают белки.
Карта наша изобилует белыми пятнами, когда выпадает снег. Границы так далеко, что даже неизвестно, с кем толком граничит империя. Одни говорят, что с горизонтом, по другим источникам, с заключительной каденцией ангельских труб. Доподлинно же известно, что расположена она где-то к северу от эллинов, вдоль береговой линии воздушного океана, по которому ходит наш непотопляемый облачный флот кильватерной колонной.
Да и вообще читают, потому что страшно пропищать жизнь, как комар, – где-то во тьме, невидимо и неслышимо
Правда есть только там, где ее скрывают.
Тогда он как закричит: «Ты еще щенок, а у меня жена и три дочки! И дороже их у меня нет ничего на свете! А ты мне тут про стыдно-нестыдно! Ты сначала ручку своего ребенка в своей руке подержи, а потом будешь про испуг говорить!»
Никто любви не избежал и не избегнет, пока есть красота и глаза, чтобы ее видеть.
Вопрос: ваш сын, когда пришли гости, от скуки залез под стол и стал снимать со всех тапочки, и ноги вслепую шарили по паркету? Ответ: да, было. Вопрос: вашей маме, когда ее хоронили, на лоб положили полоску бумаги с молитвой, и вы вдруг подумали: кто же и когда будет это читать? Ответ: да, было. Вопрос: в Перми есть речка Стикс? За ночь замерзшая? Вы бросили палку, а она подпрыгивает на льду, и лед звенит гулко, пусто, легко? Ответ: да, было. Вопрос: а куда плыла по ночам та девушка, одна рука вперед, под подушку, другая назад, ладонью кверху, и так хотелось эту ладонь поцеловать, но боялся разбудить?
Прошлое – это то, что уже известно, но изменится, если дожить до последней страницы.

On the bookshelvesAll

Леночка

Читать и забывать обо всем

Редакция Елены Шубиной

«Редакция Елены Шубиной»: русская проза

Валерий Ефремов

Книги - дети разума (Свифт)

Alena Burney

Большая Книга

Related booksAll

Related booksAll

Михаил Шишкин

Взятие Измаила

Михаил Шишкин

Записки Ларионова

Михаил Шишкин

Три прозы (сборник)

Лена Элтанг

Побег куманики

Михаил Шишкин

Русская Швейцария

Михаил Шишкин

Письмовник

Александр Чудаков

Ложится мгла на старые ступени

On the bookshelvesAll

Читать и забывать обо всем

«Редакция Елены Шубиной»: русская проза

Книги - дети разума (Свифт)

Don’t give a book.
Give a library.
fb2epubzip
Drag & drop your files (not more than 5 at once)