Венерин волос, Михаил Шишкин
Read

Венерин волос

Герой-рассказчик романа «Венерин волос» служит переводчиком в миграционной службе. Бесконечные истории беженцев, просящих политического убежища, переплетаются, прорастают друг в друга – из современной Швейцарии действие переносится в Париж, Россию начала прошлого века или древнюю Персию – и сливаются воедино – в историю любви, без которой невозможен мир.
Роман удостоен премий «Большая книга» и «Национальный бестселлер».
more
Impression
Add to shelf
Already read
506 printed pages
Современная проза

Related booksAll

One fee. Stacks of books

You don’t just buy a book, you buy an entire library… for the same price!

Always have something to read

Friends, editors, and experts can help you find new and interesting books.

Read whenever, wherever

Your phone is always with you, so your books are too – even when you’re offline.

Bookmate – an app that makes you want to read

ImpressionsAll

Tanya Unger
Tanya Ungershared an impression27 days ago

О чем???? Легко читается захватывает, непонятно: что откуда и о чем. Похоже на сон-бред: детели-детали, а смысла и сути нет. Читала бегом - дошла до конца и вопрошаю: "О чем???"

Светлана
Светланаshared an impressionlast year
👍
🔮Hidden Depths
🚀Unputdownable
💧Soppy

Я читала эту книгу 3 раза. Ради волшебного слога и больно- горьких эмоций. Если буду читать 4 раз, появятся мысли о собственном мазохизме. Книга прекрасна! Её надо читать, испытывать эмоции (все, от недоумения до возмущения ), проживать жизнь с главной героиней, вчитываться в бесконечные абзацы, выдыхать на редком начале новой главы. Потом пить чай с родными и немного больше их любить...

Olga
Olgashared an impression5 months ago

Так писать умеют точно только гениальные люди...

Rita Rudnik
Rita Rudnikshared an impressionlast year
👍
🔮Hidden Depths

Как здорово что у нас пишут такие книги. Это что-то фоерское, надрывное, захлебное. Читаешь и рыдаешь, читаешь и узнаешь себя, стыдишься, читаешь и жалеешь себя, пытаешься простить. Но при всей этой надрывности книга еще и русская - в русском культурном коде - и от того еще больнее и слаще. Это в нашем коде зверства чеченской войны и беспредел революции, в нашем коде безразличие бюрократии и лицемерие высших кругов, не знающих, когда за ними приедет воронок, это в нашем коде вера в Бога и внушающие веру во все светлое гимнвзистки с их первой чистой любовью... Читаешь и причащаешься всего этого, и радуешься, что часть этого, и обретаешь надежду, что вот она, травка-муравка, может, приведет нас, куда нужно.

🙈Lost On Me

Что курил автор?

QuotesAll

Она однажды сказала, что я – настоящий мужчина: снаружи бункер, а внутри детская.
и вот перед вами река, полная сверху отражениями, а внутри временем, налита им до краев
Пошла пройтись после обеда по поселку, и ко мне пристал какой-то пес. Привела домой, накормила. Маша надулась, что, мол, привожу всякую нечисть и что всех голодных собак все равно не накормишь. Раз всех не накормишь, значит - именно поэтому - надо покормить ту, какую можешь - вот эту. Это как со счастьем. Раз всем быть счастливыми все равно невозможно - значит, счастлив должен быть тот, кто сейчас может. Надо быть счастливым сегодня, сейчас, несмотря ни на что. Кто-то сказал, что не может быть рая, если есть ад. Якобы невозможно пребывать в раю, если знать, что где-то существует страдание. Ерунда. Настоящее наслаждение жизнью можно ощутить, только если пережито страдание. Что вот этой дворняге остатки нашего супа, если бы она не подыхала с голоду? И всегда так было: кому-то отрубают голову, а у двоих в толпе на площади перед эшафотом в это время первая любовь. Кто-то любуется живописным заходом солнца, а кто-то смотрит на этот же закат из-за решетки. И так всегда будет! Так и должно быть! И скольким бы десяткам или миллионам ни рубили голову - все равно в это самое время у кого-то должна быть первая любовь. Даже у того подростка. Вижу перед глазами его лицо - возвращались из Крыма на поезде и остановились на каком-то разъезде, а прямо напротив - столыпин, в узеньком окошке решетка и чье-то полудетское лицо. А у нас на столике - еда, и цветы, и бутылки. Минуту всего так простояли. Все в купе замолчали. А когда поехали дальше, уже не было никакого веселья. Или все должно быть наоборот? И жить нужно после такого еще веселее? И вкус еды должен быть острее? Закат красивее? Весь мир - одно целое, сообщающиеся сосуды. Чем сильнее где-то несчастье одних, тем сильнее и острее должны быть счастливы другие. И любить сильнее. Чтобы уравновесить этот мир, чтобы он не перевернулся, как лодка.
Любовь – та же луна: если не прибывает, то убывает, – но остается той же, что в прошлый раз, и всегда одна и та же
Пенсионер, смотревший на них в окно, пошел на кухню, оторвал листок календаря и вздохнул: завтра Пушкина убьют.
Если ты задаешь вопрос: «Можно?» – то можешь дальше не спрашивать, тебе ответят «нельзя». Человеку можно только то, что он сам считает для себя возможным. Попросту говоря, ты имеешь право на все. Только при этом за все, что ты делаешь и говоришь, ты должен будешь ответить, за каждый шаг и за каждое
Тетя Оля когда-то была замужем, но у нее умер ребенок. Потом она ушла от мужа, и больше семьи у нее не было.
Сирень пахнет дешевыми духами и верит, что все будет хорошо. Камни и те живые, размножаются крошением
Она однажды сказала, что я - настоящий мужчина: снаружи бункер, а внутри детская.
Пусть говорящие фиктивны, но говоримое реально
У нас все по-старому.
Вселенная расширяется.
ведь даже эти мальки за окном, которые жмутся в кучку и не подозревают о себе, что просто ветер, убеждены: каждого из них кто-то ждет, помнит, знает в лицо — все прожилки, все крапинки.
Главный вопрос, занимающий имперские умы уже не одно поколение, – кто мы и зачем? Ответ на него, при всей кажущейся очевидности, невнятен. В профиль – гипербореи, анфас – сарматы, одним словом, то ли орочи, то ли тунгусы. И каждый – закладка. Я хотел написать «загадка».
Что Вам сказать о нашей империи? Обетованна, странноприимна, небоскребна. По площади три года скачи – не доскачешь. По числу комаров на тело населения в бессонные часы нет ей равных. По забору пробегают белки.
«Вы еще не люди, вы еще холодная глина – вас уже слепили, но ничего не вдули!»
жизнь – это натянутый лук, а смерть – это полет пущенной стрелы
девушка, с волосами, растущими везде, где не нужно, умирающая по ночам от безлюбья, и читала про иудей
«Мы едим говядину, корова ест траву, трава – нас».
Прическа влияет на то, как складывается день, а в итоге и жизнь.
Детектив – это тот же ужас, как в газетах, только с той разницей, что заканчивается хорошо.

Related booksAll

Три прозы (сборник), Михаил Шишкин
Михаил Шишкин
Три прозы (сборник)
Взятие Измаила, Михаил Шишкин
Михаил Шишкин
Взятие Измаила
Побег куманики, Лена Элтанг
Лена Элтанг
Побег куманики
Письмовник, Михаил Шишкин
Михаил Шишкин
Письмовник
Михаил Шишкин
Виль­гельм Телль как зер­кало рус­ских ре­во­лю­ций
Матисс, Александр Иличевский
Александр Иличевский
Матисс
fb2epub
Drag & drop your files (not more than 5 at once)