Принц льда и крови

– Я бы тоже не смог жить в мире, в котором нет Бриэль

Ты прав, не можем. Поэтому если Агнес Эркенст обретет полную силу или заинтересуется переворотом власти в мире фейри, ты убьешь ее, Габриэль, – ненавистные слова дались мне с таким трудом, что я ощутил, как сжалось мое горло. – А следом за ней убьешь и меня.

Поэтому ты и здесь, Габ, – коротко ответил я, утирая с лица ром. – Агнес – моя родственная душа, и я заключил с ней сделку, – помахав перед лицом генерала левым запястьем, неожиданно признался я.

Габриэль завуалированно выругался, а я горько рассмеялся:

– Интересно, когда я умудрился так разгневать прародителей, что они решили навечно связать меня с дочерью Маркуса?

Знаю недавно, но догадывался давно. Просто до последнего не хотел верить, что моей возлюбленной предначертано убить меня. – Схватив валявшийся на столе кинжал, я в ярости метнул его в противоположную стену. Острие клинка застряло в камне, и паутинка трещин поползла вниз по стене

Бриэль сказала, что Агнес – внебрачная дочь Благого Короля, это правда

Через секунду-другую расплывчатая, приближавшаяся ко мне фигура приняла четкость очертаний. Передо мной, на расстоянии в несколько метров, остановился высокий благой феец, чернильную шевелюру которого венчала золотая корона из лавровых листьев.

Мужчина тепло мне улыбался, в больших медовых глазах искрился свет надежды. Он низко поклонился мне отточенным до идеала движением, а когда выпрямился, его лицо показалось мне знакомым.

– Здравствуй, доченька

Сейчас или никогда, Агнес.

У леса я уловила блеск зеленых глаз, мой прощальный взор встретился с предостерегающим взглядом брата. Я согласно пожала руку принца, и мы бросились в водоворот портала, навсегда покидая Неблагой Двор

горячо любила.

– Ваше Величество, – не выпуская моей руки, обратился к королю Дориан. – Вам ведь известно, что раны, нанесенные фейри железом, оставляют уродливые шрамы. Так что теперь за вашей ангельской внешностью вы вряд ли скроете прогнившую душу монстра

Отразив блестящую вспышку снежного покрова, кинжал друидов взлетел, разрезав бледную кожу короля. Клинок полоснул по щеке, от начала высокой скулы до брови.

Эллин, громко выругавшись, отшатнулся, прижимая ладонь к кровоточащему лицу. Кровь струйками сочилась по длинным пальцам. Багровыми каплями заливая белоснежный ворот королевского камзола, она падала в снег.

Вдалеке закричала Бриэль. Я тяжело дышала. С моего кинжала стекала кровь когда-то всем сердцем любимого мужчины.

– Держитесь от меня подальше, Ваше Величество. Иначе пророчество фавна сбудется гораздо раньше, чем вы того желаете.

Я все знаю, Эллин! – закричала я, поддавшись отчаянию. В глазах защипало, а рука, удерживавшая кинжал, показалась мне не такой уж и твердой. – Ты – чудовище, разрушившее мою жизнь. – Он прикрыл глаза, не в силах больше смотреть на меня. – Все время я опасалась и убегала от друидов, а бежать нужно было от тебя. Ты уничтожил все, чем я дорожила. – Свободную руку я прижала к груди, мой голос понизился до еле слышного шепота. – Ты убил мою маму… И убил бы меня, знай с самого начала, что я – дочь короля Маркуса и не заключи ты со мной сделку.