Дочь философа Шпета в фильме Елены Якович. Полная версия воспоминаний Марины Густавовны Шторх, Елена Якович
ru
Елена Якович

Дочь философа Шпета в фильме Елены Якович. Полная версия воспоминаний Марины Густавовны Шторх

333 printed pages
  • 💡1
  • 🚀1
  • 🔮1
В 1922 году, когда из России были изгнаны лучшие ее умы, выдающийся русский философ Густав Шпет отказался покинуть страну на так называемом «философским пароходе». В 1937-м он поплатился за это жизнью. Его младшая дочь Марина родилась в 1916-м. На ее долю выпали все тяготы эпохи, но два десятилетия рядом с отцом она вспоминает как праздник. Ученик Гуссерля, блестящий мыслитель, эрудит и неподражаемый собеседник, Шпет дружил с Андреем Белым, Качаловым, Москвиным, Балтрушайтисом, Щусевым, Пильняком, в доме собирался цвет интеллигенции. Эта книга не просто воспоминания, а никогда не прекращающийся диалог дочери с отцом, расстрелянным, когда ей был двадцать один год. В ее рассказе проходит жизнь нескольких поколений семьи, где среди предков были Гучковы, Зилоти, Рахманиновы, а среди родственников Екатерина Максимова и Борис Пастернак.
Режиссер Елена Якович, автор фильмов об Иосифе Бродском, Василии Гроссмане, Сергее Довлатове, создала эту книгу по своему фильму «Дочь философа Шпета» и тридцатичасовой записи бесед с 96-летней Мариной Густавовной Шторх, чья удивительная память и богатейший архив писем и фотографий сохранили в подробностях эту уникальную часть истории ХХ века.
To read this book, upload an EPUB or FB2 file to Bookmate. How do I upload a book?
Search on Google
Impression
Add to shelf
  • 💡Learnt A Lot1
  • 🚀Unputdownable1
  • 🔮Hidden Depths1
Sign in or Register
Lelya Nisevich
Lelya Nisevichshared an impression3 years ago

К сожалению, начну с грустной новости: Марина Шторх скончалась в январе 2017, чуть-чуть не дожив до 101 года и 100-летнего юбилея революции.
Страшно и безумно интересно читать какой образ жизни и каких людей мы потеряли из-за политики большевиков.
Работы Густава Шпета знакомы нынешним философам всего мира. Книга дает возможность познакомиться с его семьей и бытом. Удивительно, как тесно переплетены судьбы известных людей: родственны друг другу и Рахманиновы, и Пастернаки и балерина Максимова. Наверное, разностороннее воспитание и творческая обстановка дома помогали растить великих и талантливых.
В мемуарах встречается много интересно из ушедшего времени: бутерброды Ленина с икрой, до- и послереволюционные гимназии, штанишки Рахманинова, элегантность мужчин (воротнички и бритье) того времени, жизни в сибирской ссылке.

Marianne Gryu
Marianne Gryushared an impression4 years ago
🔮Hidden Depths
💡Learnt A Lot
🚀Unputdownable

Книга о любви и силе Семьи.

Yakov Trot
Yakov Trothas quotedlast year
продовольственных карточек, которые нет-нет да и появлялись на протяжении всего двадцатого века.

История 20 века через историю карточек

Anna Shelepova
Anna Shelepovahas quoted3 years ago
И представьте себе весь ужас и цинизм происходящего: папа уже несколько лет как был расстрелян, но после письма Качалова они перед самой войной снова затеяли следствие, вызывали свидетелем на допрос хозяина квартиры Вульфа Виленчика, расспрашивали его о папиной благонадежности, о том, кто и зачем к нему приезжал из Москвы, кто его посещал в Томске, когда и в какое время он выходил из квартиры и чем собственно занимался. Никакой театр абсурда с этим не сравнится!
Екатерина Третьяченко
Екатерина Третьяченкоhas quoted3 years ago
Конечно, под этим следует понимать не внешний этикет поведения, а глубокую внутреннюю воспитанность, естественный такт и искреннюю благожелательность.
Corpus. Non-fiction, Бузин Алексей
Бузин Алексей
Corpus. Non-fiction
  • 157
  • 210
История, Natalia Beloshytskaya
Natalia Beloshytskaya
История
  • 173
  • 196
корпус, Ксения Купер
Ксения Купер
корпус
  • 123
  • 14
История/дневники/non-fiction, Екатерина
fb2epub
Drag & drop your files (not more than 5 at once)