Quotes from “Брак и мораль” by Бертран Рассел

Тот, кто, как и я, верит, что свободный интеллект является главным двигателем прогресса человечества, не может не относиться к большевизму кардинально враждебно, точно так же, как и к римской католической церкви. Надежды, которые поселил в людях коммунизм, достойны восхищения, как и те, что были возбуждены Нагорной проповедью, но их осуществление проводится так же фанатично и, вероятно, принесет так же много вреда
Те люди, которые два поколения тому назад плясали под музыку примитивных духовых инструментов где-нибудь в Польше или на Балканах, теперь целый день сидят прикованные к своим письменным столам с пишущими машинками и телефонами, мрачно-серьезные и молчаливые. Когда наконец наступает вечер, они идут в шумный бар или ресторан, чтобы выпить, и думают, что сейчас они счастливы. На самом деле они в этом шуме пытаются забыть о том, что они почти все время заняты самым пошлым делом – как с помощью денег делать деньги, продав для достижения этой цели свою душу и став рабами этого дела.
Если они не умирали от тяжелой работы и ужасных условий труда, они приносили в семью дополнительный доход. Однако с принятием фабричного закона[84] детский труд на фабриках был запрещен, несмотря на протесты родителей. С этого момента дети из источника дохода превратились в обузу. Примерно в это же время появились противозачаточные средства и началось падение рождаемости.
удерживать женщин в невежественном состоянии было с самого начала весьма желательно, для того чтобы сохранить мужское господство. Постепенно женщины согласились с тем, что такое состояние существенно важно для сохранения ими верности, и под влиянием этого мнения детей и молодых людей стали также держать в невежественном состоянии в половых вопросах. Когда это произошло, то в качестве мотива было уже не господство мужчин, а некое иррациональное табу.
Вообще, чем больше ханжи пытаются ограничить сексуальную привлекательность, тем меньше требуется усилий, чтобы сделать ее возбуждающей. На девять десятых порнография обязана своими успехами моралистам, которые стараются вбить в головы молодых людей мысль о неприличии всего, что связано с сексом; лишь на одну десятую эти успехи обусловлены физиологией и психологией, а с этим ничего не могут поделать никакие законы. Итак, учитывая все вышеизложенное, я твердо убежден – хотя боюсь, лишь немногие согласятся со мной, – что закон о непристойности совершенно не нужен.
Любопытство в вопросах секса, как и любое другое любопытство, прекращается, когда оно удовлетворено. Следовательно, наилучший способ помешать молодым людям делать из секса манию – это рассказать им о нем ровно столько, сколько они захотят узнать.
Бояться любви – значит бояться жизни, и те, кто боится жизни, уже на три четверти мертвы.
так называемого патриотизма, т. е. к добровольному желанию участвовать в уничтожении противника, которого указало правительство
эпоху «темных веков» религия и наследие варварства совместными усилиями вызвали деградацию сексуальной стороны жизни: связав себя узами брака, женщина становилась бесправной
Традиционный подход к вопросам секса, используемый при воспитании юношества, не только делает из них людей запуганных, лживых и глупых, но и дает немалый процент неврозов и других психических заболеваний.
В какой-то мере эти факты уже известны всем интеллигентным людям, работающим с молодежью; однако они все еще не известны судьям и администраторам, как показывает судебный процесс, о котором говорилось в начале этой главы. Таким образом, в настоящее время тот, кто хорошо образован и занимается воспитанием детей, вынужден либо нарушать закон, либо причинять детям непоправимый моральный и интеллектуальный вред. Изменить отношение судебной системы очень трудно, потому что здесь работает очень много пожилых мужчин, настолько испорченных, что им доставляет удовольствие думать, будто секс низок и гадок. Боюсь, что нет никакой надежды на изменение в лучшую сторону до тех пор, пока не вымрут все эти люди.
Получается, что моралист защищает неравенство и к тому же считает, что молодому человеку лучше пойти к проституткам, чем к знакомой девушке, несмотря на то что его отношение к ней не только бескорыстно, но еще и полно нежности и восхищения. Конечно, моралисты никогда не думают о выводах из тех положений, которые защищают, – они не собираются им следовать. Им кажется, что они проповедуют мораль, направленную против проституции, и не подозревают, что проституция есть неизбежный результат их учения. И это еще одна иллюстрация хорошо известного факта, что профессиональный моралист не обладает интеллектом выше среднего.
Уже в первые века существования христианской церкви в половом акте видели что-то весьма нечистое, хотя и находили для него извинения в том случае, если были соблюдены определенные требования. Подобное отношение должно рассматриваться как чистое заблуждение, которое, вероятно, утвердилось вследствие тех причин, о которых уже говорилось в предыдущей главе и где подчеркивалось, что презрительное отношение к сексу обязано своим происхождением влиянию людей, страдающих от телесных или душевных заболеваний, либо и от того и от другого.
Как энергично выразился св. Иероним, надо «срубить топором девственности древо брака», чтобы стать святым; и если он однажды отозвался о браке с похвалой, то только потому, что без брака не было бы ни девственников, ни девственниц.
Для того чтобы любовь обрела ту ценность, о которой мы говорили, необходимо, чтобы он или она ощутили важность ego другого, как своего собственного, научились понимать чувства и желания другого, как свои собственные. Для этого необходимо, чтобы эгоистическое – как инстинктивное, так и осознанное – чувство расширилось и вобрало в себя личность другого.
Индивидуальность не есть нечто такое, что ценно само по себе, потому что она постоянно обновляется благодаря контактам с миром и уже в силу этого не может сохранять целостность и замкнутость.
Сразу после Великой Французской революции появилась идея, что брак должен быть результатом романтической любви. Теперь, особенно в англоязычных странах, эта идея принимается как само собой разумеющееся, и многие даже не подозревают, что она когда-то была революционной.
Появившаяся в обществе идея отцовства привела к подчиненному положению женщин, поскольку теперь мужчины могли быть уверены в верности женщин; сначала оно было чисто физическим, но потом сказалось и на умственном развитии женщин;
существуют ли альтернативы современному состоянию семейных отношений. Очевидно, их только две: первая – семья, главой которой является мать, – и вторая – общественный институт, что-то вроде сиротского приюта.
Семья достигла своего расцвета на заре цивилизации, с возникновением пастушеских и сельскохозяйственных общин. Для большинства членов общины применение рабского труда было невозможно и поэтому самый простой способ получения рабочих рук состоял в том, чтобы родить их. Вот здесь-то и потребовалась помощь религии, которая объявила семью священной, чтобы поддержать власть отца над работающими детьми. Отсюда со временем родилась идея первородства, которая укрепляла власть главы племени или клана; отсюда же ведут свое происхождение и королевская власть, и аристократия, и даже идея божества, поскольку Зевс, например, был отцом богов и людей
До тех пор пока целомудрие честных женщин будет рассматриваться как вопрос величайшей важности, до тех же пор у института брака будет своего рода двойник в виде обычая, который называется проституцией.
fb2epub
Drag & drop your files (not more than 5 at once)