Read

Прогулки с Пушкиным

В свое время книга известного исследователя литературы Абрама Терца (Андрея Донатовича Синявского) «Прогулки с Пушкиным» произвела эффект разорвавшейся бомбы сначала в кругах русской литературной эмиграции, а затем — с не меньшей силой — на отечественной почве. Ярко выраженные в «Прогулках…» ирония и демонстрация внутренних противоречий мыслей и чувств Пушкина породили неумолкающие споры. Однако искренняя и неподдельная любовь к поэту позволяет Терцу, во-первых, пробудить в читателе живой, азартный интерес к Пушкину как человеку и художнику, во-вторых, раскрыть и развить, отойдя от привычных штампов, известную формулу Блока «Веселое имя Пушкин». Для учителей общеобразовательных школ, гимназий и лицеев, студентов, аспирантов и преподавателей гуманитарных ВУЗов, а также для всех, кого интересует отечественная словесность.
more
Impression
Add to shelf
Already read
124 printed pages

ImpressionsAll

Ekaterina Titenko
Ekaterina Titenkoshared an impression7 months ago
👍
🚀Unputdownable
😄LOLZ

QuotesAll

Баратынский, говорят, вместе с другими комиссарами разбиравший бумаги покойного, среди которых, например, затесался "Медный Всадник", восклицал: "Можешь ты себе представить, что меня больше всего изумляет во всех этих поэмах? Обилие мыслей! Пушкин - мыслитель! Можно ли было это ожидать?"
Статуи - одна из форм существования пушкинского духа. Вечно простертая длань Медного Всадника не что иное, как закрепленный, продолженный взгляд Петра, брошенный в начале поэмы: "И вдаль глядел". Многократно воспроизведенный, поддержанный лапами мраморных львов, этот жест породит целую пантомиму, завершившуюся к финалу ответным движением страдальчески и смиренно прижатой к сердцу руки Евгения.
Легкость - вот первое, что мы выносим из его произведений в виде самого общего и мгновенного чувства. Легкость в отношении к жизни была основой миросозерцания Пушкина, чертой характера и биографии
думай, цензор мой угрюмый,
Что я беснуюсь по ночам,
Объятый стихотворной думой,
Что ленью жертвую стихам...
Одинокая со младенчества, среди родных, среди подруг, одинокая среди высшего света, поверженного к её ногам, одинокая на прогулках, у окна, с любимыми книгами, она — избранница, и в этом качестве проведена за ручку Пушкиным между Сциллой растраченных чувств (принадлежи Татьяна Онегину) и Харибдой семейной пошлости (посчастливься ей брак с генералом). Что же мы видим? — Сцилла с Харибдой встретились и пожрали друг друга, оставив невредимой, девственной её, избранницу, что, как монахиня, отдана ни тому, ни другому, а только третьему, только Пушкину, умудрившись себя сберечь как сосуд, в котором ни капли не пролилось, не усохло, не состарилось, не закисло, и вот эту чашу чистой женственности она, избранница, подносит своему избраннику и питомцу.

On the bookshelvesAll

Catherine

Биографии и мемуары

Галина Егорова

История

Sergey Petrov

А.С.Пушкин

Ксения Уфимцева

исторические

Related booksAll

Related booksAll

Абрам Терц
В тени Го­голя

Абрам Терц

В тени Гоголя

Андрей Синявский

Спокойной ночи

Абрам Терц

Литературный процесс в России

Андрей Синявский

Рассказы

Михаил Армалинский

Тайные записки А.С. Пушкина. 1836–1837

Абрам Терц
Лю­би­мов

Абрам Терц

Любимов

Александр Пушкин

Езерский

On the bookshelvesAll

Биографии и мемуары

А.С.Пушкин

Don’t give a book.
Give a library.