Read

Блистающие облака

Константин Георгиевич Паустовский – выдающийся русский писатель, воспевший в своих произведениях Мещерский край и прикоснувшийся к основам народного русского Роман «Блистающие облака» – увлекательный авантюрный детектив, одновременно включающий автобиографические эпизоды и впечатления от поездок писателя по Черноморью и Кавказу.
more
Impression
Add to shelf
Already read
227 printed pages
Современная прозаКлассика

ImpressionsAll

Asel Sultan
Asel Sultanshared an impression4 months ago
💧Soppy

Потрясающая история, которую хочется читать неспеша. И это яркое описание разных городов, стран, людей зажигает

QuotesAll

Искушенный читатель прочтет эту историю и пожмет плечами, – стоило ли так волноваться. Он скажет слова, способные погасить солнце: «Что же здесь особенного?» – и романтики стиснут зубы и отойдут в сторону.
Капитан любил плакаты пароходных компаний (Рояль – Мейль – Канада, Мессажери Маритим, Совторгфлота, Ллойд Триестино и многих других) и заклеил ими дощатые стены. Плакаты гипнотизировали белок. Распушив хвосты, они сидели на березе против капитанского окна и, вытаращив булавочные глаза, цепенели перед черными тушами кораблей и белыми маяками на канареечных берегах. Крапал дождь, и виденье экзотических стран застилало беличьи глазки синей пленкой слез и восторга.
Стояла ледяная и горькая осень. По ночам ветер шумно тряс над дощатыми крышами гроздьями стеклянных звезд. Огородные грядки были посыпаны крупной солью мороза. Пахло гарью и старым вином. А в полдень над горизонтом розовым мрамором блистали облака.
На бульвар, на море и город жарким ветром налетала сухумская ночь. Темнота, лиловая и мягкая, как драгоценный мех, освежала сожженные лица
Блистающие, или светящиеся, облака наблюдаются очень редко. Их часто принимают за ненормально яркие зори. Они слагаются из мельчайших частиц вулканической пыли, носящейся в воздухе после сильных катастрофических извержений.
Стояла ледяная и горькая осень. По ночам ветер шумно тряс над дощатыми крышами гроздьями стеклянных звезд. Огородные грядки были посыпаны крупной солью мороза. Пахло гарью и старым вином. А в полдень над горизонтом розовым мрамором блистали облака.
Капитан любил плакаты пароходных компаний (Рояль – Мейль – Канада, Мессажери Маритим, Совторгфлота, Ллойд Триестино и многих других) и заклеил ими дощатые стены. Плакаты гипнотизировали белок. Распушив хвосты, они сидели на березе против капитанского окна и, вытаращив булавочные глаза, цепенели перед черными тушами кораблей и белыми маяками на канареечных берегах. Крапал дождь, и виденье экзотических стран застилало беличьи глазки синей пленкой слез и восторга.
Выбор книг говорил об устойчивых склонностях их громоздкого и простоватого хозяина, – там были лоции, мореходная астрономия, «Азбука коммунизма», Джек Лондон по-английски, много географических карт и Библия (убежденный безбожник, он читал Библию исключительно с целью уличить во лжи поповскую клику).
Батурин первый раз проезжал по этой части России. Ее неизмеримое уныние даже понравилось ему. Вот куда бы уйти отдыхать, бродяжить по-настоящему, а не по театральным крымским шоссе.

On the bookshelvesAll

Margarita

Паустовский Константин

Нелли Ахпателова

Русское

Related booksAll

Константин Паустовский

Горная роса

Константин Паустовский

Кара-Бугаз

Константин Паустовский

Золотой линь

Константин Паустовский

Кот-ворюга

Константин Паустовский

Великий сказочник

Константин Паустовский

Барсучий нос

Константин Паустовский

Теплый хлеб

Don’t give a book.
Give a library.
fb2epubzip
Drag & drop your files (not more than 5 at once)