История парикмахерской куклы, или Последняя любовь московского архитектора М, Александр Чаянов
Read

История парикмахерской куклы, или Последняя любовь московского архитектора М

Профессиональный ученый — биолог, экономист и историк, — Чаянов публиковал свои художественные сочинения под ироническим псевдонимом «Ботаник X.» Вышедшие крошечными тиражами в 1920-х гг., они быстро стали библиографическими редкостями. После того, как в 1929 г. Чаянов был арестован по ложному обвинению, его книги были изъяты из обращения и в значительной своей части уничтожены.
more
Impression
Add to shelf
Already read
32 printed pages
Фантастика и фэнтези

Related booksAll

One fee. Stacks of books

You don’t just buy a book, you buy an entire library… for the same price!

Always have something to read

Friends, editors, and experts can help you find new and interesting books.

Read whenever, wherever

Your phone is always with you, so your books are too – even when you’re offline.

Bookmate – an app that makes you want to read

ImpressionsAll

👍
🐼Fluffy

😄LOLZ

Отличный трешачок

👍
🚀Unputdownable

Сухопарый, но полный деталей и отсылок слог, который критики не зря сравнивают с набоковским. В общем, любопытная история любви.

💞Loved Up

Довольно занятный рассказ. Очень хочется добавить к нему иллюстрации, они здесь просто необходимы.

👍

👍

Alex K.
Alex K.shared an impression9 months ago
👍

QuotesAll

Пелагея Ивановна была вдова корчевского мещанина Сухозадова, обитала в небольшом домике на Калязинской улице, оставшемся ей от мужа, промышляла варкой варенья, ввиду чего состояла многолетней подписчицей «Русских ведомостей», почитая бумагу этой газеты наиболее перед всеми прочими бумагами подходящей для завязывания банок с произведениями её труда.
Тайна подобна замку, ключ от которого потерян.
Эдгар По
рассыпались сухие розы того букета, — который он послал единственной отдавшейся ему, но им не взятой женщины в памятный вечер, когда неведомое чувство толкнуло его в Коломну.
Кофейная, некогда претворённая в одной из картин Юона, вечерняя фланирующая толпа и жёлтые ленты московских осенних бульваров, обычно столь радостные и бодрые, погасли в его душе.
Двигающиеся перед ним люди казались ему картонными и давили его мозг безысходной тоской
ной ночи понемногу просветляла его сознание.
Наедине с собою он чувствовал до ужаса отчётливо, что он уже стар, что всё, что заполняло его жизнь в течение многих лет, изжито им до конца, знакомо до пресыщенности.
Ему хотелось простых слов, провинциальной наивности, кисейных занавесок и герани.
всё, что заполняло его жизнь в течение многих лет, изжито им до конца, знакомо до пресыщенности.
fb2epub
Drag & drop your files (not more than 5 at once)