Read

Запечатленное время

Центральное место в книге, посвященной жизни и творчеству Андрея Тарковского занимают его записки «Запечатленное время», впервые публикующиеся полностью. В них режиссер размышляет о проблемах времени, ритма, монтажа, о музыке и актере в кино, о своем понимании сути кинематографического творчества, пытающегося запечатлеть ускользающее время.
Кроме записок в издание вошли воспоминания первой жены Андрея Тарковского — актрисы Ирмы Рауш-Тарковской, писателя Андрея Битова, художника Михаила Ромадина и других. Здесь же читатель найдет множество редких фотографий, значительная часть которых воспроизводится впервые. Книга поможет узнать много новых подробностей жизни и творчества великого режиссера всем почитателям его таланта.
more
Impression
Add to shelf
Already read
255 printed pages

ImpressionsAll

Zoe Timofeeva
Zoe Timofeevashared an impression5 months ago
👍
🔮Hidden Depths
🚀Unputdownable

Невероятной глубины ума и души человек. Воистину "человек, узревший ангела".

QuotesAll

Говоря о поэзии, я не воспринимаю ее как жанр. Поэзия — это мироощущение, особый характер отношения к действительности.
В этом случае поэзия становится философией
Jane
Janehas quotedlast month
Когда о предмете говорится не все, остается возможность додумывания. Иначе конечный вывод преподносится зрителю готовым, безо всякой работы мысли. Доставшись зрителю без труда, такой вывод ему не нужен. Может ли он что-нибудь сказать зрителю, не разделившему с автором мук и радости рождения мысли?
Существуют произведения, которые обязаны своим авторам таким единством компонентов, такой точностью и своеобразием литературного образа, такой невозможной глубиной характеров, выраженной словом, такой чудесной способностью к волшебству композиции и такому воздействию цельной книги, сквозь страницы которой отчетливо проступает поразительный и неповторимый характер ее автора, что желание экранизировать один из таких шедевров может явиться только у человека, который с одинаковым презрением относится как к кино, так и к художественной прозе.
Залог моего движения вперед я вижу в возможности проанализировать опыт «Иванова детства», в необходимости выработать твердую — пусть недолговременную — позицию во взгляде на эстетику кинематографа и в постановке перед собой задач, которые могут быть разрешены в процессе съемки следующего фильма. Всю эту работу можно проделать умозрительно. Но в этом случае существует опасность необязательности окончательных выводов или замены логических звеньев интуитивными, «мерцающими» связями.
Человек снова и снова соотносит себя с миром, мучительно жаждая обретения и совмещения с неположенным ему идеалом, который он постигает как некое интуитивно ощущаемое начало. В недостижимости такого совмещения, недостаточности своего собственного «Я» — вечный источник человеческой неудовлетворенности и страдания.
На мой взгляд, поэтическая логика ближе к закономерности развития мысли, а значит, и к самой жизни, чем логика традиционной драматургии.
Рождение и развитие мысли подчиняются особым закономерностям. Для своего выражения они требуют подчас формы, отличающейся от логически-умозрительных построений. На мой взгляд, поэтическая логика ближе к закономерности развития мысли, а значит, и к самой жизни, чем логика традиционной драматургии.
Поэтическая форма связей придает большую эмоциональность и активизирует зрителя. Он делается соучастником познания жизни, опираясь не на готовые выводы сюжета и непреклонную авторскую указку.
Существуют произведения, которые обязаны своим авторам таким единством компонентов, такой точностью и своеобразием литературного образа, такой невозможной глубиной характеров, выраженной словом, такой чудесной способностью к волшебству композиции и такому воздействию цельной книги, сквозь страницы которой отчетливо проступает поразительный и неповторимый характер ее автора, что желание экранизировать один из таких шедевров может явиться только у человека, который с одинаковым презрением относится как к кино, так и к художественной прозе.
Истинный художественный образ — это всегда наличие органической связи идеи и формы.
Всю эту работу можно проделать умозрительно. Но в этом случае существует опасность необязательности окончательных выводов или замены логических звеньев интуитивными, «мерцающими» связями.
Прежде чем ответить на этот вопрос, стоит сказать, что не любую прозу можно переносить на экран.
Существуют произведения, которые обязаны своим авторам таким единством компонентов, такой точностью и своеобразием литературного образа, такой невозможной глубиной характеров, выраженной словом, такой чудесной способностью к волшебству композиции и такому воздействию цельной книги, сквозь страницы которой отчетливо проступает поразительный и неповторимый характер ее автора, что желание экранизировать один из таких шедевров может явиться только у человека, который с одинаковым презрением относится как к кино, так и к художественной прозе.
В неразвивающемся, как бы статичном напряжении страсти обретают максимальную остроту и проявляются более наглядно и убедительно, чем в условиях постепенных изменений.
Говоря о поэзии, я не воспринимаю ее как жанр. Поэзия — это мироощущение, особый характер отношения к действительности.
Существуют произведения, которые обязаны своим авторам таким единством компонентов, такой точностью и своеобразием литературного образа, такой невозможной глубиной характеров, выраженной словом, такой чудесной способностью к волшебству композиции и такому воздействию цельной книги, сквозь страницы которой отчетливо проступает поразительный и неповторимый характер ее автора, что желание экранизировать один из таких шедевров может явиться только у человека, который с одинаковым презрением относится как к кино, так и к художественной прозе
В кино меня чрезвычайно прельщают поэтические связи, логика поэзии. Она, мне кажется, более соответствует возможностям кинематографа как самого правдивого и поэтического из искусств.
Во всяком случае, мне она более близка, чем традиционная драматургия, где связываются образы путем прямолинейного, логически-последовательного развития сюжета. Такая дотошно «правильная» связь событий обычно рождается под сильным воздействием произвольного расчета и умозрительных спекулятивных рассуждений. Но даже когда этого нет и сюжетом командуют характеры, оказывается, что логика связей зиждется на упрощении жизненной сложности.
Меня больше интересуют характеры внешне статичные, но внутренне напряженные энергией овладевшей ими страсти.
Для меня очень важно, чтобы у актера не возникало вопроса, вполне традиционного для театрального актера и вполне уместного в работе над спектаклем в театре, поголовно воспитываемого в Союзе на обязательных вопросах в духе Станиславского: почему, зачем, каково зерно образа, какая сквозная идея и тому подобное.
когда стоишь на твердой нравственной почве, не следует бояться предоставления себе большей свободы в выборе средств.
Залог моего движения вперед я вижу в возможности проанализировать опыт «Иванова детства»,

On the bookshelvesAll

Николай Меркульев

Книги о кино

"İçəri Şəhər" filmi

"İçəri şəhər"in kitabları

A13112002

Кинодело

Алексей Мишин

Литературоведение. Биографии дневники

Related booksAll

Related booksAll

Андрей Тарковский
Лек­ции по ки­но­ре­жис­суре

Андрей Тарковский

Лекции по кинорежиссуре

Андрей Тарковский
Лек­ции: Сце­на­рий

Андрей Тарковский

Лекции: Сценарий

Федерико Феллини

Делать фильм

С.И.Фрейлих

Теория кино: от Эйзенштейна до Тарковского

Юрий Лотман

Семиотика кино и проблемы киноэстетики

Даниэль Арижон

Грамматика киноязыка

Михаил Ромм

Кино в системе искусств

On the bookshelvesAll

Книги о кино

"İçəri şəhər"in kitabları

Кинодело

Don’t give a book.
Give a library.
fb2epubzip
Drag & drop your files (not more than 5 at once)