ru
Free
Read

Юлиан Отступник. Смерть Богов

Д.С. Мережковский (1865 — 1941) — один из самых читаемых и модных писателей своего времени, один из родоначальников русского символизма, давший своим поэтическим сборником «Символы» имя новому направлению. Роман «Юлиан Отступник», вошедший в трилогию «Христос и Антихрист», рассказывает об императоре Юлиане, прозванном за свою попытку возродить умирающую языческую религию «Отступником».
more
Impression
Add to shelf
Already read
389 printed pages
Бесплатно

ImpressionsAll

Fedor Pereverzev
Fedor Pereverzevshared an impression7 months ago
👍
🔮Hidden Depths

Dinara Garifullina
Dinara Garifullinashared an impression9 months ago

Про меня

Alena Sonrisa
Alena Sonrisashared an impressionlast year
🚀Unputdownable

Igor Kapitula
Igor Kapitulashared an impression2 years ago
👍
💡Learnt A Lot
🎯Worthwhile
🚀Unputdownable

QuotesAll

Милый друг, иль ты не видишь, Что все видимое нами - Только отблеск, только тени От незримого очами? Милый друг, иль ты не слышишь, Что житейский шум трескучий Только отклик искаженный Торжествующих созвучий?
Зла нет, тела нет, мира нет, если есть Он. Или Он, или мир. Нам кажется, что есть зло, что есть тело, что есть мир. Это – призрак, обман жизни. Помни: у всех-одна душа, у всех людей и даже бессловесных тварей. Все мы вместе покоились некогда в лоне Отца, в свете немерцающем. Но взглянули однажды с высоты на темную мертвую материю, и каждый увидал в ней свой собственный образ, как в зеркале.
И душа сказала себе: "Я могу, я хочу быть свободной.
Я – как Он. Неужели я не дерзну отпасть от Него и быть всем?".-Душа, как Нарцисс в ручье, пленилась красотою собственного образа, отраженного в теле. И пала. Хотела Пасть до конца, отделиться от Бога навеки, но не могла: ноги смертного касаются земли, чело – выше горних небес. и вот, по вечной лестнице рождения и смерти, души всех существ восходят, нисходят к Нему и от Него. Пытаются уйти от Отца и не могут. Каждой душе хочется самой быть Богом, но напрасно: она скорбит по Отчему лону; на земле ей нет покоя; она жаждет вернуться к Единому. Мы должны вернуться к Нему, и тогда все будут Богом, и Бог будет во всех
вместо лат покрыты они были с головы до ног тонкими роговыми слоями из лошадиных копыт
Злые не могут чувствовать восторга; только мудрый делается лирой, которая вся дрожит и звучит под рукою Бога.
Мудрец умеет находить долю сладости в самых печальных мыслях своих, подобно пчелам Гиметта, которые из самых горьких трав извлекают мед.
Эти строки из «Автобиографической заметки» Мережковского можно было бы поставить эпиграфом к его историческим произведениям из русской жизни: роману «Петр и Алексей» (1906, из трилогии «Христос и Антихрист», драме для чтения «Павел 1» (1909), романам «Александр 1» (1911) и «14 декабря» (1918), составляющим вторую трилогию
Вместе с В. В. Розановым он не приемлет многого в официальной церкви и мог бы повторить розановские слова о православии, унаследовавшем старческие заветы падающей Византии: «Дитя-Россия приняла вид сморщенного старичка… и совершила все усилия, гигантские, героические, до мученичества и самораспятий, чтобы отроческое существо свое вдавить в формы старообразной мумии, завещавшей ей свои вздохи… Вся религия русская – по ту сторону гроба».
светлое эллинское миросозерцание, с его проповедью гедонизма,
l
lhas quoted6 years ago
Так выявляется внутренняя связь духовно-религиозной публицистики Мережковского и его романов о русской истории, в которых столь важное место занимают поиски идеала, будь то богатая духовная жизнь князя Валерьяна Голицына и других декабристов, или искания раскольников, сектантов, выдвигающих из крестьянских низов религиозных проповедников вроде Кондратия СеливАнова, основавшего знаменитый хлыстовский «корабль» (с которым мы встречаемся на страницах романа «Александр I»). Мережковский, как правило, идет от метафизической схемы: Христос и Антихрист (первая историческая трилогия). Богочеловек и Человекобог, Дух и Плоть (так, в исследовании о Толстом и Достоевском первый выступает в качестве «ясновидца плоти», воплощения ветхозаветной, земной правды, в то время как второй – Это «ясновидец духа», воплощение правды Христовой, небесной), христианство и язычество (статья о Пушкине), «власть неба» и «власть земли» (статья «Иваныч и Глеб») и т. д. В таком духе строятся многочисленные литературно-критические работы, где самое ценное все-таки не в отвлеченных схемах, а в конкретных наблюдениях, в характеристике художественной индивидуальности, в свободе эстетического анализа, даже если он осложнен тяжелой авторской тенденцией.

On the bookshelvesAll

Natalia Klimova

мережковский

Verushka

Smth

Tatyana Ilina

Религия

Maria Kh

Исторические романы

Related booksAll

Related booksAll

Дмитрий Мережковский

Рождение богов. Тутанкамон на Крите

Дмитрий Мережковский

Франциск Ассизский

Дмитрий Мережковский

Царство Антихриста

Дмитрий Мережковский

Св. Иоанн Креста

Дмитрий Мережковский

Петр и Алексей

Дмитрий Мережковский

Павел. Августин

Дмитрий Мережковский

Данте

On the bookshelvesAll

мережковский

Smth

Религия

Don’t give a book.
Give a library.
fb2epubzip
Drag & drop your files (not more than 5 at once)