Все еще здесь. Приятие перемен, старения и смерти

феномен старения заставляет страдать нас не сам по себе. В значительной степени страдания порождены тем, как старость воспринимается умом. В качестве примера укажу на эпидемию «если только», с которой мне пришлось столкнуться в процессе работы с людьми, борющимися со старостью. «Я смогу сделать это, если только не буду жить здесь». «Если только меня минует эта участь, я смогу получить то, что сделает меня счастливым». Но все эти «если только» — самооправдания эго, которое продолжает держать пожилых людей в силках желаний и заставляет цепляться за «то, что могло бы быть», не позволяя оставаться в «сейчас». Список этих «если только» склонен удлиняться по мере того, как мы стареем, теряем материальные ценности и способность изменить внешние обстоятельства. Синхронно с этим списком растёт чувство бессилия.

В обществе, сосредоточенном на физическом и психологическом планах, «больше» всегда значит «лучше»: больше времени, больше здоровья, больше ощущений, больше имущества. Нужно выяснить, действительно ли «больше» во всех случаях «лучше», а также когда (если такое возможно) мы удовлетворимся достаточным количеством.

Культура, ориентированная на молодость, больше всего боится старости.

чтобы в старости не страдать и не испытывать чувства потери, нужно разобраться со своей привязанностью к власти.

Хотя наши тела стары, мгновение ново, и мы учимся плыть через бренный мир в ритме вечности.

Похоже, что суббота является метафорой медитации; это спокойное осознание, предшествующее дальнейшему продвижению вперёд.

У души время совсем другое; она живёт по иному календарю.

Мы не можем быть открытыми жизни, не открывшись переменам

Надеяться на освобождение от хватки прошлого и погружение в «сейчас» может лишь тот, кто познал печаль.

Парадокс осознанной жизни состоит в том, что нельзя избавиться от прошлого, не приняв его.