ru
Ларс Миттинг

Шестнадцать деревьев Соммы

Notify me when the book’s added
To read this book, upload an EPUB or FB2 file to Bookmate. How do I upload a book?
    Lisa Gorlovahas quoted5 months ago
    Ложь может действовать подобно водке, подумал я. Нужно все время пить, чтобы скрывать от самого себя, что ты пьешь. Но, может быть, и правда в чем-то схожа с ней. В том, что испить ее надо до дна.
    Marinahas quotedlast year
    мы вообще по большей части ведем себя по второму разряду. Мы слепы и не видим того доброго, что кто-то готов нам дать. Мы вполуха слушаем человека, который наконец собрался с духом, чтобы рассказать нам что-то
    Настя Широкаяhas quoted2 years ago
    – Эдвард, не кори себя тем, что ты как-то иначе должен был вести себя в его последний день. Если посмотреть на жизнь в целом, то мы вообще по большей части ведем себя по второму разряду. Мы слепы и не видим того доброго, что кто-то готов нам дать. Мы вполуха слушаем человека, который наконец собрался с духом, чтобы рассказать нам что-то. Смерть не посылает извещений о своем прибытии за три недели до срока. Она придет, когда сосешь малиновые леденцы. Когда соберешься пойти косить траву. А сейчас вот она побывала здесь, сделала свое дело…
    Elena Kostinahas quoted8 months ago
    желавшему добра, но запутавшему жизнь всем окружающим – как собачонка, слишком рьяно виляющая хвостом и вдребезги разбивающая посуду
    Agunik Martirosyanhas quoted9 months ago
    И я заключил договор со своим горем. Я должен стать человеком, на которого мертвые могут положиться.
    Agunik Martirosyanhas quoted9 months ago
    немного в жизни встречается таких поворотных пунктов, когда ты обращаешь взор к небу и обещаешь себе, что с этой минуты все будет иначе
    Agunik Martirosyanhas quoted9 months ago
    К горю не примешается других чувств, если у тебя есть точка опоры
    Agunik Martirosyanhas quoted9 months ago
    В возлюбленных у меня была гусеница, а теперь улетела бабочка.
    Inga Rusinhas quoted9 months ago
    Одно из ее многочисленных достоинств – это умение позволить эмоциям созреть за непроницаемым лицом, прежде чем предъявить их миру.
    Inga Rusinhas quoted9 months ago
    Мы вели себя жестко по отношению друг к другу. Жестко не потому, что были бесчувственными, – жесткими были те наши грани, которые встретились.
    Inga Rusinhas quoted9 months ago
    Хотели превратить всё в семейную тайну о том, как породистое животное сорвалось с привязи и провело лето с дворнягой без роду и племени. Сам-то я хотел бы с ними поговорить, чтобы они рассказали о ней, хотел услышать их мнение о человеке, которого, видимо, на самом деле только я и знал. Но врачи покачали головой и посоветовали мне удалиться.
    Inga Rusinhas quoted9 months ago
    И вот трехлетний малыш решил: пора уже им вспомнить обо мне. Шаловливом ребенке, каждое утро игравшем в прятки среди яблонь. «И как бы ни устала, я играю с ним, потому что всякий раз как мы снова находим друг друга, это служит напоминанием о том, что жизнь имеет смысл».

    Они не собирались заходить в лес. Обо всем уже договорились, стояли и обсуждали последние детали. Хватка отцовской руки с каждой секундой слабела. И вот он выпустил мою руку навсегда. Я бросился прочь. Побежал туда, куда бегал всю свою жизнь. За деревья.

    Правда состояла в том, что моих родителей убил я. Если б я не спрятался от них, они жили бы по сю пору.
    Inga Rusinhas quoted9 months ago
    Наконец-то я получил этот подарок судьбы. Настоящее воспоминание об отце. Теперь оно останется со мной навечно. Мы разглядываем рыб и произносим их названия. Воспоминание обрело четкие очертания, и вот мы снова перенеслись из Норвегии сюда, где он держал меня под мышки и мы повторяли: «Окунь».
    Inga Rusinhas quoted9 months ago
    Но одна гинея равна одному фунту плюс один шиллинг. По традиции мастер забирал фунт, а подмастерье получал шиллинг.
    Inga Rusinhas quoted10 months ago
    За едой я думал о родном хуторе, опустевшем впервые за сто пятьдесят лет. Сидевший на крылечке Грюббе понял, что я собираюсь уезжать, и не дал себя погладить.

    В дальнем конце сарая для инструментов стояла телега, на которой в Хирифьелль приехали мои прародители, чтобы начать возделывать землю. Когда я уезжал, здания съеживались, стараясь втиснуться в зеркало заднего вида. Изображение тряслось, когда я ехал по скотной решетке, а потом опустил шлагбаум и свернул на областную дорогу. Пересекая горы, я как будто уезжал от себя прежнего, но теперь, за поглощением чужой пищи, мое прежнее «я» словно бы вернулось, и я задумался, пытаясь вспомнить, не забыл ли я опустить шлагбаум возле скотного мостика.
    Inga Rusinhas quoted10 months ago
    Должно быть, она шлифовала его с 1945 года и теперь могла в соответствующих местах изложить подробности о том, как норвежские рыбаки курсировали между Скаллоуэем и Норвегией, переправляя в одну сторону оружие, взрывчатку и саботажников, в другую – беженцев, а над ними кружили немецкие истребители, через просветы в тумане поливая их пулеметным огнем.
    Inga Rusinhas quoted10 months ago
    – Чего я не могу понять, – сказал я, – это зачем мама приехала именно сюда?

    – Этой тайны они никому не раскрыли. Вальтер стоял на том, что она была туристкой.

    – В таком случае она первая и последняя, кто отправился в туристическую поездку с целью повидать задворки Саксюма.
    Inga Rusinhas quoted10 months ago
    – Ну да, для этого и существует телефон, – согласилась Регине Андерсон. – Дать вам ее номер?

    – Дa, пожалуйста, – сказал я. – В вас пропадает детектив.

    – А вот и не пропадает, молодой человек. Я уже тридцать девять лет работаю в справочной.
    Inga Rusinhas quoted10 months ago
    Что требуется, чтобы и я мог писать фамилию Хирифьелль с такой же гордостью?
    Inga Rusinhas quoted10 months ago
    Моя фамилия, которую я прежде видел замаранной в коричневое из-за войны, была здесь искусно выписана твердой рукой.
fb2epub
Drag & drop your files (not more than 5 at once)