Арчибальд Кронин

Замок Броуди

    Анастасия Сафроноваhas quoted9 hours ago
    Они шли рядом степенно, неторопливо, с виду спокойные, но в каждом из них бурлил прилив невысказанного чувства, и оттого, что они молчали, чувство это все росло и росло. Мэри испытывала самую настоящую физическую боль в сердце. Они с Дени­сом шли, тесно прижавшись друг к другу, и ощущение его близости рождало в ней невыразимое томление, безмерную тоску, которую облегчала лишь рука Дениса, крепко прижимавшая ее руку, словно сковавшая ее трепещущее тело с его телом и, как целительный бальзам, успокаивавшая боль в груди
    Анастасия Сафроноваhas quoted2 days ago
    Ни о ком никогда не говорилось доброго слова, но старуха обожала сплетни, позорившие людей, смаковала язвительную клевету и безмерно наслаждалась такими разговорами, с жадным интересом подхватывая каждое словечко о чужих делах, упиваясь им, гордясь превосходством сына над очередной жертвой, служившей предметом разговора.
    ushikinamakushikehas quoted2 days ago
    Оdi profanum vulgus et arceo
    Ivanhas quoted11 days ago
    дня тому назад он в последний раз отложил перо и снял с вешалки шляпу в конторе на верфи и с тех пор находился в непрерывном движении и состоянии странной нереальности, когда жизнь похожа на смутный сон, а в минуты пробуждения находишь себя в положениях и непривычных, и смущающих.
    Катя Корчагинаhas quoted21 days ago
    Недаром же я тебя столько времени тренировал! Теперь, когда я тебя выпущу на круг, ты помчишься как стрела. — Он остановился, довольный этим сравнением, и оно смутно напомнило ему те дни, когда он в таком же веселом возбуждении, как сейчас, отправлялся на выставку скота.
    Катя Корчагинаhas quoted22 days ago
    Жена его была старая, изможденная, одряхлевшая женщина, но ведь она оставалась все же его собственностью, его имуществом, его движимостью.
    Катя Корчагинаhas quoted23 days ago
    мама, увы, была не такой матерью. Неглубокая, зыбкая, как вода, она только отражала вездесущую тень того, кто был сильнее ее.
    Marina Sokolovahas quotedlast month
    На конверте стояло ее имя, и то же имя должно оказаться на этом скрытом внутри листке, иначе пропало даром все, что она делала, пропала вся жизнь. Она знала, что внутри — ее имя, единственное имя, которое всегда упоминалось в школе с одной только похвалой, имя победительницы, получившей стипендию Лэтта. И все же ей было страшно заглянуть в конверт.
    Marina Sokolovahas quotedlast month
    — Ну, как дела, Несси? Скорее говори! Все благополучно?

    — Да, — прошептала она. — Все благополучно.

    — Сколько тетрадей ты написала? Две или три?

    — Сколько тетрадей? — откликнулась она слабым эхом. — Только одну тетрадку, папа.

    — Только одну тетрадку! Это за все время, что ты там просидела! — Он в удивлении воззрился на нее, потом лицо его приняло жесткое выражение, и он спросил резко:

    — Что же ты молчишь, как немая? Не видишь, что я хочу знать все насчет стипендии? В последний раз спрашиваю: скажешь ты, наконец, как выдержала экзамен?

    Она сделала над собой громадное усилие, посмотрела на отца умоляющими глазами и с вымученной улыбкой на бледных губах воскликнула:

    — Великолепно, папа! Мои дела великолепны. Лучше нельзя.
    Marina Sokolovahas quotedlast month
    — Принеси еще каши для сестры! — крикнул Броуди громко, обращаясь к Мэри. — Что ты ей дала порцию, которая и в глазу не поместится?! Как она будет работать на пустой желудок, да еще в такой день, как сегодня!

    — Не надо, папа, — робко запротестовала Несси. — Это я просила Мэри не давать мне много. Она мне приготовила яйцо. Меня сегодня тошнит от одного вида каши.

    — Молчи, дочка. Ты не понимаешь, что для тебя полезно, — возразил Броуди. — Счастье, что у тебя такой отец, который о тебе заботится и следит, чтобы ты ела то, что здорово. Налегай на кашу! От нее твои кости обрастут мясом, и ты наберешься сил для того, что тебе предстоит.
    Marina Sokolovahas quotedlast month
    Она отвечала ему механически, наобум, не задумываясь, — только чтобы избавиться поскорее от этой терзавшей ей нервы необходимости придумывать все новые, приятные отцу ответы на его нелепые настойчивые расспросы, утолять его неутолимую жажду все новых доказательств того, что дочь его является предметом всеобщего внимания. Наконец, удовлетворившись ответами, которые Несси давала, едва сознавая, что говорит, Броуди развалился в своем кресле и, глядя на нее благосклонным взглядом собственника, сказал:

    — Хорошо! Ты не посрамишь имени Броуди! Ты делаешь недурные успехи, девушка. Но могла бы добиться еще большею, да, большего! Ты должна так обеспечить себе стипендию Лэтта, как будто она уже лежит вот здесь на тарелке перед тобой! Ты только подумай: тридцать гиней каждый год, и это в течение трех лет! Значит, всего девяносто гиней, почти сто золотых соверенов! Перед тобой лежит, как на тарелке, сотня золотых соверенов и ждет, чтобы ты их взяла. Тебе не придется ни ползти, ни нагибаться за ними, только взять их с тарелки; черт возьми, если ты не протянешь эти маленькие ручки и не возьмешь их, я тебе шею сверну!
    Marina Sokolovahas quotedlast month
    — Смотри же, победи его! Клянусь богом, лучше тебе победить его, потому что, если ты этого не сделаешь, я… я схвачу тебя за вот эту твою тонкую шейку и задушу. Ты должна получить стипендию, или тебе придется плохо!..

    — Я получу, папа! Получу, — заплакала Несси.

    — Да, ты это сделаешь, иначе… — крикнул он дико. — Говорю тебе, в этом городе против меня имеется заговор. Все решительно против меня. Меня ненавидят за то, что я таков, каков я есть. Мне завидуют. Они знают, что я выше их, что, если бы я занял подобающее мне положение, я отирал бы свои грязные сапоги об их вылощенные рожи… Ну да ничего, — покачал он головой в диком порыве, — я еще им покажу! Я их заставлю бояться меня. Лэтта послужит началом. Она вставит палки в колеса господину мэру, а там начнем уже действовать по-настоящему!
    Marina Sokolovahas quotedlast month
    По утрам он теперь вообще бывал не в своей тарелке: не только рука отказывалась повиноваться, но болела голова, язык лежал во рту, как кусок сухого дерева; иногда его мутило при одной мысли о завтраке. Он понимал, что во всех таких неприятных ощущениях виновато виски, и в это серенькое утро с угрюмой трезвостью говорил себе, что должен сократить обычную порцию. Он уже и раньше несколько раз принимал такое решение, но теперь ему казалось, что то было не всерьез. А вот на этот раз надо крепко взять себя в руки, не пить ничего до обеда, да и потом, пожалуй, воздерживаться до вечера, а вечером пить умеренно. Вечером он уж, конечно, будет пить поменьше, чтобы угодить Нэнси, чья благосклонность была для него теперь жизненной необходимостью.
    Marina Sokolovahas quotedlast month
    — Тс-с, Несси, — укоризненно сказал Мэт. — Ну вот, опять точь-в-точь мама! Ты должна взять себя в руки. Что такое с тобой?

    — У меня постоянно болит голова! Я утром просыпаюсь с этой болью, и весь день она не проходит. Я от нее так тупею что не могу ничего делать. Я не могу есть то, что теперь у нас едят. И всегда чувствую себя усталой. Вот и сейчас тоже.

    — Ты поправишься, когда покончишь с экзаменами. Ты, наверное, получишь стипендию.

    — Получу стипендию! — воскликнула она горячо. — Но что со мной будет потом? Что он намерен потом сделать со мной? Можешь ты сказать мне это? Неужели он всегда будет так подгонять меня, а я не буду знать, для чего это? Он ничего не отвечает, когда я его спрашиваю. Он и сам не знает.

    — Ты будешь учительницей — это для тебя самое подходящее дело.

    Несси покачала головой.
    Marina Sokolovahas quotedlast month
    — Довольно, папа! Отпусти меня спать! Я устала!

    Но он сердито нахмурился, когда она так грубо нарушила безоблачное блаженство, в котором он пребывал.

    — Так тебе лень даже поиграть для отца! — крикнул он. — И это после того, как я столько потрудился для тебя и камин тебе затопил! Вот какова твоя благодарность? Ладно, будешь играть если не по своей воле, так по моей. Играть, пока я не прикажу тебе перестать, или я отстегаю тебя ремнем! Играй опять первую песню!
    Marina Sokolovahas quotedlast month
    Любуясь здесь в одиночестве этими нарядными принадлежностями туалета, он походил на старого сатира, который, наткнувшись на сброшенный нимфой наряд, схватил его и созерцанием разжигает в себе притупленную старостью похоть.
    Marina Sokolovahas quotedlast month
    — Да ешь же, дочка, нечего сидеть и ждать, пока обед остынет! Такая большая девочка, как ты, должна иметь волчий аппетит и набрасываться на еду, как будто готова съесть целый дом!

    Его слова вывели Несси из задумчивости, и она сразу послушно принялась за еду, пробормотав в виде извинения:

    — У меня голова болит, папа. Вот тут, над самой бровью, как будто стянута ремнем, — и она равнодушно указала на лоб.

    — Полно, полно, Несси, — отвечал он, понизив голос, чтобы не слышно было в соседней комнате. — Постоянно ты жалуешься на головную боль! Помнишь рассказ о мальчике, который всегда кричал: «Волк! Волк!», так что когда и в самом деле на него напал волк, никто ему не поверил? Пока не увижу ремень, не поверю, что он у тебя на голове.
    Marina Sokolovahas quotedlast month
    — Мэт! — произнесла она громко, ясно. — Мэт! Иди сюда, ко мне! — Она протянула вперед уже обе дрожащие руки, как слепая, и взывала слабеющим, замирающим голосом: — Несси! Мэри! Где вы?

    Броуди хотел подойти к ней, первым его движением было кинуться вперед, но он продолжал стоять, как вкопанный. Только с губ его невольно сорвались слова, неожиданные, как цветущие побеги на сухом дереве:

    — Маргарет, жена… Маргарет, не обращай внимания… Я и половины того не думал, что сказал.

    Но она его не слышала и, едва дыша, прошептала:

    — Что же медлит колесница твоя, господи? Я готова идти к тебе.
    Marina Sokolovahas quotedlast month
    — Ты меня извини, отец, — прошептала она. — Я изо всех сил старалась встать, но не могла. Мне, право, очень жаль, что причинила тебе такую неприятность. Хорошо ли тебе приготовили завтрак?

    Он смотрел на нее как-то по новому, замечая теперь мертвенную бледность лица, впадины на висках и у губ, худобу точно сразу истаявшего тела. Он не находил, что сказать. Он так давно не обращался к ней ни с единым ласковым словом, что язык отказывался произнести такое слово, и эта нерешительность вызывала чувство неловкости. Он привык в жизни командовать, требовать, карать, бичевать; он не умел выражать сочувствие, И он безнадежно смотрел на жену.
    Marina Sokolovahas quotedlast month
    Ему ни на минуту не приходило в голову, что следует зайти к жене. Она во всем этом деле была незначительной пешкой, и он не сомневался, что, когда он разделается с Ренвиком, она встанет и примется стряпать ему обед. И обед должен быть особенно хорош, чтобы вознаградить его за утренние непорядки.
fb2epub
Drag & drop your files (not more than 5 at once)