Quotes from “Мадмуазель Фифи” by Ги де Мопассан

Воюют не для того, чтобы развлекаться и ласкать публичных девок"
полюбивший ее за этот прекрасный поступок; затем, позднее, полюбив ее уже ради нее самой
Обняв затем вторую, Блондинку, в знак присвоения
Ограничились многочисленными поцелуями, поцелуями ожидания.
пристально взглянула на своего обладателя
он укусил девушку так глубоко, что струйка крови побежала по ее подбородку, стекая за корсаж.
подбежала к окну, распахнула его и, прежде чем ее успели догнать, прыгнула в темноту, где не переставал лить дождь.
его кабацкие комплименты, выплюнутые сквозь отверстие двух выбитых зубов, долетали к девицам с брызгами слюны.
То был его личный способ протеста против нашествия, протеста молчанием
Обезображенная и полутемная от ливня комната наводила уныние своим видом
Дождь лил потоками; то был нормандский дождь, словно изливаемый разъяренной рукою, дождь косой, плотный, как завеса, дождь, подобный стене из наклонных полос, хлещущий, брызжущий грязью, все затопляющий, -- настоящий дождь окрестностей Руана, этого ночного горшка Франции.
быстро добралась пешком до публичного дома, хозяйка которого считала ее умершей.
Несколько времени спустя ее взял оттуда один патриот, чуждый предрассудков, полюбивший ее за этот прекрасный поступок; затем, позднее, полюбив ее уже ради нее самой, он женился на ней и сделал из нее даму не хуже многих других
Мадмуазель Фифи взял Рашель к себе на колени. Приходя в возбуждение, хотя и оставаясь холодным, он то начинал безумно целовать черные завитки волос у ее затылка, вдыхая между платьем и кожей нежную теплоту ее тела и его запах, то, охваченный звериным неистовством, потребностью разрушения, яростно щипал ее сквозь одежду, так что она вскрикивала. Нередко также, держа ее в объятиях и сжимая, словно стремясь слиться с нею, он подолгу впивался губами в свежий рот еврейки и целовал ее до того, что дух захватывало; и вдруг в одну из таких минут он укусил девушку так глубоко, что струйка крови побежала по ее подбородку, стекая за корсаж.
Еще раз взглянула она в глаза офицеру и, отирая кровь, пробормотала:
-- За это расплачиваются.
Он расхохотался жестоким смехом.
-- Я заплачу, -- сказал он.
Все женщины, впрочем, были красивые и полные; они мало отличались друг от друга лицом, а по причине ежедневных занятий любовью и общей жизни в публичном доме походили одна на другую манерами и цветом кожи.
Они не заставили себя просить, зная наперед, что им хорошо заплатят; за три месяца они успели ознакомиться с пруссаками и примирились с ними, как и с положением вещей вообще. "Этого требует наше ремесло", -- убеждали они себя по дороге, без сомнения, стараясь заглушить тайные укоры каких-то остатков совести.
[1] Французские междометия, выражающие укоризну, недовольство, презрение, отвращение.
С минуты вступления во Францию товарищи звали его не иначе, как Мадмуазель Фифи. Этим прозвищем он был обязан своей кокетливой внешности, тонкому, словно перетянутому корсетом стану, бледному лицу с едва пробивавшимися усиками, а также усвоенной им привычке употреблять ежеминутно, дабы выразить наивысшее презрение к людям и вещам, французские слова "fi", "fi donc" [1], которые он произносил с легким присвистом
fb2epub
Drag & drop your files (not more than 5 at once)