Read

Генерал и его армия

«Генерал и его армия» голосованием всех председателей жюри премии «Русский Букер» назван лучшим русским романом последнего десятилетия ХХ века. Наряду с главным вымышленным героем, советским генералом Кобрисовым, в романе действуют многие исторические персонажи, среди которых Сталин, Жуков, Хрущев, Ватутин… Особое внимание писателя привлекают фигуры немецкого генерала Гудериана и русского генерала-изменника Власова. Столкновение воль и характеров, пересечение военных судеб трех генералов придают роману особую глубину и достоверность. «Очень значительная книга. От первых же страниц удовлетворение: настоящая литература… За необъятную тему советско-германской войны Владимов взялся не только как художник, но и как самый ответственный историк» (Александр Солженицын).
more
Impression
Add to shelf
Already read
635 printed pages

ImpressionsAll

Yuri Suslikov
Yuri Suslikovshared an impression10 months ago
👍

Честный роман о войне. Заставляет на многое взглянуть по другому.
"Но что достоверно: что генералы, в соревновании друг с другом, заняты не общими военными интересами Родины во всей кампании и не сохранением жизни подчинённых, а перехватом: «я возьму! я возьму!», очередным куском славы. Жутко подумать, что так и было"

Илья Янов
Илья Яновshared an impressionlast year

мы с вами думаем мозгом, а они — мозжечком, гипоталамусом. Это вернее.

QuotesAll

Не верь им никогда. Не верь им ни ночью ни днем. Не верь ни зимою ни летом. Ни в дождь ни в вед­ро. Не верь и когда они правду говорят!
Ты, подружка моя Тося,
Я тебе советую:
Никому ты не давай,
А заткни газетою…
писать нужно только о том, что любишь. «Если я пишу о том, что интересно мне, будет интересно и читателям», — говорил отец.
Он резко выделялся среди них — прежде всего ростом, не уменьшенным, а даже подчеркнутым легкой сутулостью, в особенности же выделялся своим замечательным мужским лицом, которое, быть может, несколько портили — а может быть, именно и делали его тяжелые очки с толстыми линзами. Прекрасна, мужественно-аскетична была впалость щек, при угловатости сильного подбородка, поражали высокий лоб и сумрачно-строгий взгляд сквозь линзы, рот был велик, но при молчании крепко сжат и собран, все лицо было трудное, отчасти страдальческое, но производившее впечатление сильного ума и воли.

On the bookshelvesAll

Katya Akhtyamova

Русский Букер

Андрей

История и философия

Маша Канатова

русская литература в Тартуском университете

Вадим Зубов

Художественное

Related booksAll

Related booksAll

Александра Чистякова
Не много ли для од­ной?

Александра Чистякова

Не много ли для одной?

Георгий Владимов

Верный Руслан

Александр Морозов

Чужие письма

Георгий Владимов
Три ми­нуты мол­ча­ния

Георгий Владимов

Три минуты молчания

Григорий Бакланов

Июль 41 года

Анатолий Азольский

Клетка

Михаил Бутов

Свобода

On the bookshelvesAll

Русский Букер

История и философия

русская литература в Тартуском университете

Don’t give a book.
Give a library.
fb2epubzip
Drag & drop your files (not more than 5 at once)