Луньюй. Изречения, Конфуций
ru
Unavailable
this book isn’t available at the moment
Want to read

Луньюй. Изречения

Во всей истории мировой философии найдется не много мыслителей, которых можно было бы поставить рядом с Конфуцием (VI-V вв. до н. э.). Легендарный великий Учитель, непререкаемый авторитет для китайской философской традиции, он давно уже перешагнул ее совсем не тесные рамки. Наследие Конфуция, если отбросить массу сомнительных и откровенно приписываемых ему текстов, выглядит очень лаконично. Книга изречений «Луньюй», записанных учениками Конфуция, относится к числу наиболее бесспорных книг знаменитого философа.
До недавнего времени о Конфуции больше слышали, чем читали, поэтому в нашем издании «Луньюй» дополнен трудами учеников Конфуция, а также обширными комментариями и биографическими пояснениями, накопившимися за последние две тысячи лет.
more
Impression
Add to shelf
Already read
264 printed pages

Related booksAll

Луньюй. Изречения, Конфуций
Луньюй. Изречения
this book isn’t available at the moment
Want to read

One fee. Stacks of books

You don’t just buy a book, you buy an entire library… for the same price!

Always have something to read

Friends, editors, and experts can help you find new and interesting books.

Read whenever, wherever

Your phone is always with you, so your books are too – even when you’re offline.

Bookmate – an app that makes you want to read

QuotesAll

Учитель Цзэн сказал:
– Я на день трижды себя вопрошаю: добросовестно ли я трудился для людей? Сохранил ли искренность в общении с друзьями? Повторял ли то, чему меня учили?
Учитель сказал:
— В пятнадцать лет я обратил свои помыслы к учебе.
В тридцать лет я обрел самостоятельность.
В сорок лет я освободился от сомнений.
В пятьдесят лет я познал волю неба.
В шестьдесят лет научился отличать правду от неправды.
В семьдесят лет я стал следовать желаниям моего сердца и не нарушал ритуала.
Не печалься, что люди не знают тебя, но печалься, что ты не знаешь людей
— Правящий с помощью добродетели подобен полярной звезде, которая занимает свое место в окружении созвездий.
Цзы-ся[9] сказал:
– Если кто-либо вместо любви к прекрасному избирает уважение к мудрости, отдает все свои силы служению родителям, не щадит своей жизни, служа государю, правдив в отношениях с друзьями, то, хотя о нем и говорят, что он не обладает ученостью, я обязательно назову его ученым человеком.[10]
Говорить, когда не время говорить, – это опрометчивость; не говорить, когда настало время говорить, это скрытность;
Углублять знания, закалять волю, пытливо расспрашивать, всесторонне обдумывать – все это основа человеколюбия.
Если благородный муж не думает во время трапезы о насыщении своего желудка, не помышляет, живя дома, об уюте, проявляет расторопность в деле, осторожно говорит и исправляется, сближаясь с теми, у кого есть путь, он может называться любящим учиться.
Учитель сказал:
— Если при жизни отца следовать его воле, а после его смерти следовать его поступкам и в течение трех лет не изменять порядков, заведенных отцом, то это можно назвать сыновней почтительностью.
Если твоя опора тот, кто на самом деле тебе близок, то можешь ему подчиниться.
благородный муж» способен своим словом «привести в движение» весь космос.
Благородный муж участлив, но лишен пристрастности.
Малый человек пристрастен, но лишен участливости
Кун-цзы сказал:
— Три ошибки делают при общении с благородным мужем: начинать говорить, когда не наступило время слов, – это торопливость; не говорить, когда пришло время слов, – это скрытность; говорить, не наблюдая за выражением его лица, – это слепота.
Жань Цю сказал:
– Не то чтоб мне не нравился ваш путь, но сил моих недостает.
Учитель ответил:
– В ком сил недостает, на полпути бросают. А ты еще не начинал идти!
Говорить, когда не время говорить, – это опрометчивость; не говорить, когда настало время говорить, это скрытность; и говорить, не замечая его мимики, – это слепота (16.6).
– Если будут чтить умерших, помнить предков, то в народе вновь окрепнет добродетель.
Конфуций, лучшие его ученики и последователи всегда призывали относиться к собственным словам с большим вниманием и осторожностью. И такое же первостепенное значение они придавали речам других. В последующей конфуцианской традиции вообще считалось, что «благородный муж» способен своим словом «привести в движе
– Человечность редко сочетается с искусными речами и умильным выражением лица.
Учитель сказал:
– В пятнадцать лет я ощутил стремление учиться; в тридцатилетнем возрасте я утвердился; достигнув сорока, освободился от сомнений; в пятьдесят познал веление Неба; в шестьдесят мой слух обрел проникновенность; с семидесяти лет я следую желаниям сердца, не нарушая меры.
Говорить, когда не время говорить, – это опрометчивость; не говорить, когда настало время говорить, это скрытность; и говорить, не замечая его мимики, – это слепота
fb2epub
Drag & drop your files (not more than 5 at once)