Мысли о проблемах любви

В реальной жизни трудно в каждом отдельном случае верно провести границы между слабостью и добром, между суровостью и силой духа, и то, как люди должны объединять в себе добро и силу, — предложений и мнений на этот счет существует множество, словно песка в море. Между тем это обстоятельство психологически интересно тем, что человек не может вступить ни в одно из этих состояний, не вредя себе, и что они оба, несмотря на их видимое противоречие, все же, в конце концов, могут находиться во взаимодействии. …
more
Impression
Add to shelf
Already read
18 printed pages

QuotesAll

Эгоист, который, по возможности, многое для себя требует, так же, как и альтруист, который многое отдает другим, на своем языке творят одну и ту же молитву одному и тому же Богу - и в этой молитве любовь к самому себе нераздельно смешивается с отреченностью от самого себя в одно целое: "я хочу иметь все" и "я хочу быть всем", они достигают своего апогея в сходстве самой интенсивности страстного желания.
Эгоист, который, по возможности, многое для себя требует, так же, как и альтруист, который многое отдает другим, на своем языке творят одну и ту же молитву одному и тому же Богу - и в этой молитве любовь к самому себе нераздельно смешивается с отреченностью от самого себя в одно целое: "я хочу иметь все" и "я хочу быть всем", они достигают своего апогея в сходстве самой интенсивности страстного желания.
тнях тысяч отражений.
Наибольшая опасность кроется не в том безрассудном ослеплении любовной страсти, когда
Наш природный эгоизм непроизвольно чувствует себя либо побуждаемым разделить радость, так проникнуться сочувствием к сущности другого, как будто речь идет о собственном "я", либо наоборот, что-то заставляет его замкнуться, съежиться, отвергая внешний мир, выступая агрессивно, угрожающе против него
Эгоист, который, по возможности, многое для себя требует, так же, как и альтруист, который многое отдает другим, на своем языке творят одну и ту же молитву одному и тому же Богу - и в этой молитве любовь к самому себе нераздельно смешивается с отреченностью от самого себя в одно целое: "я хочу иметь все" и "я хочу быть всем", они достигают своего апогея в сходстве самой интенсивности страстного желания. И что же?
Только тот, кто полностью остается самим собой, может рассчитывать на долгую любовь, потому что только во всей полноте своей жизни он может символизировать для другого жизнь, только он может восприниматься ею как сила. Ничего поэтому так не искажает любви, как боязливая приспособляемость и притирка друг к другу, и та целая система бесконечных взаимных уступок, которые хорошо выносят только те люди, которые вынуждены держаться друг друга лишь по практическим соображениям неличностной природы, и должны эту необходимость по возможности рационально признать. Но чем больше и глубже два человека раскрыты, тем худшие последствия эта притирка имеет: один любимый человек "прививается" к другому, это позволяет одному паразитировать за счет другого, вместо того, чтобы каждый глубоко пустил широкие корни в собственный богатый мир, чтобы сделать это миром и для другого.
Эгоист, который, по возможности, многое для себя требует, так же, как и альтруист, который многое отдает другим, на своем языке творят одну и ту же молитву одному и тому же Богу и в этой молитве любовь к самому себе нераздельно смешивается с отреченностью от самого себя в одно целое: "я хочу иметь все" и "я хочу быть всем", они достигают своего апогея в сходстве самой интенсивности страстного желания. И что же?
Sofi
Sofihas quoted3 years ago
Что касается объекта нашей любви, то не мы открываем его, как и не мы выбираем его для себя - мы выбираем в нем только то, что как раз необходимо нам, чтобы это открылось в нас самих. Поэтому любовь и творчество в корне своем тождественны.

On the bookshelvesAll

Viktoria Grigoreva

Читать и думать

Катерина Шипкова

Женская литература

Related booksAll

Related booksAll

Лу Андреас-Саломе
Опыт дружбы

Лу Андреас-Саломе

Опыт дружбы

Лу Андреас-Саломе

Фридрих Ницше в зеркале его творчества

Лу Саломе

Мой Ницше, мой Фрейд… (сборник)

Лариса Гармаш
Так го­во­рила За­ра­ту­стра (Лу Са­ломе - «со­вер­шен­ный друг» и «аб­со­лют­ное зло» в жизни Фри­дриха Ницше)

Лариса Гармаш

Так говорила Заратустра (Лу Саломе - «совершенный друг» и «абсолютное зло» в жизни Фридриха Ницше)

Лариса Гармаш

Лу Саломе

Титус Буркхардт

Сакральное искусство Востока и Запада. Принципы и методы

Перси Шелли

О любви (философский этюд)

Don’t give a book.
Give a library.
fb2epubzip
Drag & drop your files (not more than 5 at once)