Read

Полночные размышления семейного терапевта

Карл Витакер останется в истории семейной терапии одним из ее самых «авангардных» классиков: блестящий и противоречивый, иногда – шокирующе резкий, склонный к загадочным афоризмам, которые уже много лет толкуют и заимствуют. В этой книге читатель найдет конкретные рабочие приемы, яркие случаи из практики и, что еще важнее, идеи, которые помогают глубже понять не только своих клиентов, но и собственную профессиональную и семейную историю.
Книга адресована всем, кто в своей работе связан с семейной проблематикой: консультантам, школьным и клиническим психологам и, конечно, психотерапевтам.
more
Impression
Add to shelf
Already read
274 printed pages
Саморазвитие и психология

ImpressionsAll

Ksenia  Matyazh
Ksenia Matyazhshared an impression21 days ago
👍
🔮Hidden Depths
💡Learnt A Lot
🎯Worthwhile
🚀Unputdownable

Viktoriya Arkhipenko
Viktoriya Arkhipenkoshared an impressionlast year
💡Learnt A Lot

Дуже цікаво описаний процес росту і розвитку психотерапевта, що може бути перенесений і на іншів профіесії.

QuotesAll

Хотя слово близостьчасто употребляют, оно имеет такую же не-определенность, как и слово любовь. На самом деле есть три рода близости: бред близости, иллюзия близостии реальная близость.
Получается, что разные читатели — в зависимости от своих интересов, теоретической ориентации, подготовки и просто склада ума — будут читать одинаковые слова, но разные книги — потому что «послания» к ним различны.
Одна из причин существования психотерапии — в том, что, исповедуясь незнакомому человеку, открываешь свободу быть самим собой. Психотерапевта можно ненавидеть без чувства вины. С ним можно быть самим собой и при этом — неотвергнутым. Другими словами, психотерапевт может вытерпеть тебя, когда ты являешься во всей красе, на час-другой в неделю. Благодаря тому, что рискнул показать себя кому-то, становится легче показать себя
Ищите двойное дно, тройной смысл и неожиданную иронию в самых неподходящих местах.
сможет симулировать социальную приспособленность
Минут пять она несет что-то невразумительное, а затем спрашивает: «Что со мной, доктор?»
Некогда было сесть и побеседовать с нею обстоятельно и разумно, поэтому я просто ответил: «Вы сумасшедшая».
Она обрадовалась: «Слава Тебе, Господи! Я так и думала, была у пяти врачей, но никто мне не сказал об этом. Большое спасибо. Что же мне теперь делать?»
«Почему бы вам не найти работу, и тогда у вас будут деньги на частного психиатра, с которым вы можете пару лет позаниматься вопросом о том, как вам жить в этом мире». Через несколько лет я узнал, что она так и сделала.
Другой мальчик, десяти лет, тоже преподал мне важный урок. Когда он впервые появился, озлобленный и сопротивляющийся, то остановился в дверях, глядя куда-то в пространство. Я сказал: «Я доктор, который лечит чувства. Раз тебя привели ко мне, вероятно, у тебя что-то не так с чувствами». Мальчик молчал. Мое происхождение из молчаливого мира Новой Англии помогло мне: я сел и в размышлениях провел остаток часа. Потом сказал ему, что время кончилось, и тот ушел. В следующий раз я поздоровался, и мы просто сидели, или он стоял, а я сидел. Так продолжалось десять недель. После второй недели я перестал и здороваться, просто открывал дверь, чтобы впустить его или выпустить.
А потом из школы позвонила учительница:
— Это вы лечите Джо Зилха?
— Да, — ответил я.
— Я звоню, чтобы рассказать, как он изменился к лучшему. Джо больше не поджигает занавески, не бьет других детей, учится, не показывает мне язык. Как вы этого добились?
Я ей не ответил. Это осталось профессиональной тайной, поскольку я и сам не знал, как сделал это.
Человек делает, что может, а жизнь — все остальное.
Есть люди, которые при встрече делают тебя цельным просто фактом своей собственной цельности.
Объяснятьневозможно и не нужно, но можно рассказывать.
Хорошая психотерапия способствует росту; она должна не помогать приспосабливаться, а возвращать пациенту силу, чтобы он мог делать с ее помощью все, что сам хочет. Любой человек ищет здоровья и целостности — социальной и межличностной. Психотерапия должна искать свое завершение там же.
Вы должны понимать: все из нас исходящее является приглашением узнать о себе нечто важное. И надо хорошо понимать: истины нет. Есть только подходы к истине, и то, о чем вы думаете или что вас удивляет, является в высшей степени истинным, кажется ли оно хорошим, плохим или маловажным.
К тому же любаяроль — и роль близости, и роль паранойи — это бегство от возможности быть. За всеми ролями, поступками, действиями, функциями, неважно, простыми или сложными, поверхностными или глубокими, лежит способность быть,выражающая степень интеграции левого и правого полушарий мозга, степень свободы быть собой. Из этой свободы проявлять себя рождается смелость и беспечность, потому что на самом деле доверия нет. Доверие — просто игра, за которой прячется смелость — рискнуть, стать ранимым и нести последствия этого решения.
Философ (запальчиво):Ну, и какая разница между психотерапией и проституцией?
Психотерапевт (ядовито):Их цена с годами падает, а наша — растет.
Доверие — просто игра, за которой прячется смелость — рискнуть, стать ранимым и нести последствия этого решения
Мелани Кляйн и ее теории детской сексуальности
множество браков заключаются прежде того момента, как молодые люди успешно развелись со своими родителями и утвердились в своем праве быть отдельными личностями.
Это считающаяся неудачной попытка что-нибудь сделать с болью этого мира. Мания же есть попытка убежать в дела, чтобы не встретиться с депрессией.
За всеми этими концепциями стоит мое убеждение, что самая важная задача для терапевта — беречь пространство своей жизни, свою личность, а также отделить свою профессиональную роль от любительского энтузиазма, с которого начиналась его карьера. Он должен работать не из любви к этой роли, а в силу того, что такова его работа.
все люди шизофреники. Большинство из нас не осмеливаются стать сумасшедшими, разве что во сне, стараясь забыть об этом перед пробуждением. Войдя в солидный возраст и заняв некое положение, я стал смелее и начал пользоваться этим словом все спокойнее и небрежнее. Первые шесть месяцев это шокировало слух, а потом стало более или менее привычным, по крайней мере, для меня самого.

On the bookshelvesAll

Salmonberry

психотерапия

shirnear

Психолог

Татьяна Конопля

Психология

La Sorciere

Психология и психотерапия

Related booksAll

Related booksAll

Сальвадор Минухин, Чарльз Фишман

Техники семейной терапии

Вильям Бамберри, Карл Витакер
Танцы с се­мьей

Вильям Бамберри, Карл Витакер

Танцы с семьей

Клу Маданес

Стратегическая семейная терапия

Вирджиния Сатир

Почему семейная терапия

Юлия Алешина

Индивидуальное и семейное психологическое консультирование

Йогр Цобели, Урсула Виртц

Жажда смысла: Человек в экстремальных ситуациях: Пределы психотерапии

Б.Фурман, Т.Ахола

Терапевтическое консультирование. Беседа, направленная на решение

On the bookshelvesAll

психотерапия

Психолог

Психология

Don’t give a book.
Give a library.
fb2epubzip
Drag & drop your files (not more than 5 at once)