ru
Free
Михаил Кузмин

Том 1. Проза 1906-1912

    Once Upon A Decemberhas quotedlast year
    Демьянов широко перекрестился и, опустясь на пол, поцеловал ботинку Мятлева.
    — Что вы делаете? — несколько смутился тот. «Благодарю наши иконы, что они вас послали сюда, и целую ваши ноги, приведшие вас на мое счастье, на мою радость».
    Once Upon A Decemberhas quotedlast year
    Через стенку где-то отвечали издалека. Искусственно восторженные, не привыкшие к небольшому помещению голоса снова хором защебетали навстречу высокой блондинке с красивым, сухим и ординарным лицом.
    Once Upon A Decemberhas quotedlast year
    Острота страдания — верный признак конца любви; это какие-то роды, у меня лично, конечно».
    — Вы совсем холодны теперь?
    «Я сохраняю нежное воспоминание и знаю, что это тело — прекрасно, влюбленности же нет. И потом, я не могу желать невозможного».
    Once Upon A Decemberhas quotedlast year
    «Это кончено; письмо разрыва», — неуверенно и не сейчас отозвался Демьянов.
    — Вы любите делать решительные шаги. Скажите, вы никогда не раскаиваетесь?
    «Я не делаю никаких шагов, все делается само, а раскаяние, как египтяне, готов считать смертным грехом».
    Once Upon A Decemberhas quotedlast year
    «Мне не совсем все равно видеть тебя одураченным».
    — Знаешь, это — очень пошло, то, что ты говоришь, это — плохая французская пьеса.
    «Может быть, мне все равно».
    Они замолчали оба, и снова раздавшийся звонок по коридору не заставил их изменить поз рассерженных и сосредоточенных курильщиков.
    Once Upon A Decemberhas quotedlast year
    Демьянов не спускал глаз с бледного лица Мятлева, стараясь в беглых, будто незрячих взглядах, бросаемых тем временем, найти какой-то ответ.
    Once Upon A Decemberhas quotedlast year
    Я в таком состоянии, что готов отвечать правду на какие угодно вопросы, — заявил Мятлев, будто с вызовом, — и первое, что я скажу, что ничье искусство меня так не волновало, как ваше!
    Once Upon A Decemberhas quotedlast year
    «Ну, а любишь ты Михаила Александровича?» — спросил Темиров.
    — О, да.
    — «Как?»
    — Как угодно. «Всячески?»
    — Всячески.
    «А я, вы думаете, люблю вас?» — осмелился спросить уже сам Демьянов.
    — О, да.
    «Когда вы это подумали?» — как-то трепеща, продолжал спрашивающий.
    — С первой встречи.
    «Вы не думали, что я вам это скажу?»
    — О, нет, если бы вы не сказали, я бы это сказал.
    «Первый?»
    — Первый.
    «Вы будете помнить завтра слова сегодня?»
    — Вы думаете, я пьян?
    «Вы знаете, как важно то, что мы говорим?»
    — Да.
    «Какая гибель или какая заря искусства, чувств, жизни может выйти из этого разговора?»
    Мятлев, бегло улыбнувшись, снова повторил:
    — О, да!
    «Как это странно, будто во сне, вам не кажется вся эта поездка, весь этот разговор чем-то фантастическим?» — вмешался до сих пор будто дремавший Темиров.
    Once Upon A Decemberhas quotedlast year
    Если двух влюбленных встретим, Мы их встретим вместе с третьим, Третий кто? сама любовь.
    «Разве вы — влюбленные?»
    — Конечно, постоянно, только не друг в друга.
    Yulia Chernousovahas quoted5 years ago
    Конечно, тут пошли упреки и в снобизме, и в индифферентизме, и в том, что все мы не теплые, не холодные, без пафоса, и виноватым в этом оказывался в конце концов почему-то Петербург.
fb2epub
Drag & drop your files (not more than 5 at once)