Read

О чем думает моя голова

Известную детскую писательницу Ирину Пивоварову читает и любит уже не одно поколение детей! Перед вами ещё один прекрасный сборник – весёлые рассказы и повести о забавных приключениях третьеклассницы Люси Синицыной и её друзей не оставят вас равнодушными! Замечательные, наполненные юмором истории с удовольствием прочитают не только дети, но и их родители.
more
Impression
Add to shelf
Already read
151 printed pages
Современная прозаДети

QuotesAll

Я лежала и думала: «Я уже целых пять дней больна, а она ни разу ко мне не зашла! Какая же она подруга после этого?» Подумаешь, обиделась на меня из-за какой-то чепухи! Я сказала, что она хоть и отличница, а глупая, книжек не читает, зубрит одни учебники… Так чего же обижаться, если это правда? И потом, у меня уже тогда температура высокая была — тридцать семь и две. Разве можно обижаться на больного человека? Вот возьму и тоже на неё обижусь! И никогда не прощу! Пусть подлизывается, пусть прощения просит — ни за что её не прощу! В прихожей зазвонил звонок. Пришёл Коля. Он вошёл в комнату, сел на стул и сказал: — Привет. Как себя чувствуешь? Как температура? — Спасибо, Коль. Плохо я себя чувствую. Температура очень высокая — тридцать шесть и семь! — Наверное, тридцать семь и шесть, — сказал Коля. — Наверно. Может, даже больше. Знаешь, ничего есть не хочется, кроме апельсинов и зефира в шоколаде. Даже уроки делать не хочется. Я вчерашнее домашнее задание так и не сделала, представляешь? — Представляю, — сказал Коля. — Это очень плохо. Запустишь всё. Ты и так последнее время на одних троечках ползёшь. — Ну и что? — сказала я. — Хочу и ползу! Это, между прочим, не твоё дело! — А чьё же? Кто, интересно, у нас звеньевой? Кстати, мы сегодня проводили сбор звена и решили ко всем отстающим прикрепить шефов. Коростылёва будет с Ивановым заниматься, Мухина с Длиннохвостовой, а к тебе прикрепили Косицыну, чтобы она тебя подтягивала. Ясно? — Ещё чего не хватало! — закричала я. — Пусть только попробует меня подтягивать, я её с лестницы спущу! Коля вытаращил глаза: — Ты что, с ума сошла? Вы же подруги! — Больше она мне не подруга! — Не пойму я. То вас водой не разольёшь, а то друг на друга глядеть не хотите. Ненормальные какие-то
Ну не плачь! Прошу тебя, не плачь! Слушай, ты же подтягивать меня пришла? Что же ты плачешь? Тебя прикрепили ко мне или не прикрепили? А ну, отвечай: прикрепили или нет? — Прикре… прикрепили, — всхлипнула Люська. — Так что же ты сидишь? Подтягивай меня скорее! Слышишь? Съешь яблоко и начинай меня подтягивать, ладно? Люсь, ну ладно? Ладно? Только не плачь, пожалуйста, очень тебя прошу-у-у! — Ладно, — тяжело вздохнула Люська, снова прерывисто всхлипнула и в первый раз за всё это время посмотрела мне прямо в лицо грустными мышиными
Селиверстов выздоровел. Теперь он стал приходить ко мне делать уроки. Я познакомила его с мамой. Маме Селиверстов понравился. И вот что я вам скажу: не такой уж он в самом деле плохой, Селиверстов! Во-первых, он теперь учится хорошо, и Вера Евстигнеевна его хвалит. Во-вторых, он больше ни с кем не дерётся. В-третьих, он научил наших мальчишек делать змея с хвостом. А в-четвёртых, он всегда ждёт меня в раздевалке, не то что Люська! И я всем так говорю: — Вот видите, вы думали, Селиверстов плохой. А Селиверстов хороший! Селиверстов не парень, а золото
«КАК ПРОВОЖАЮТ ПАРОХОДЫ…» Было утро. Было воскресенье. Мы с Колей сидели на дереве. На большой раскидистой ветке. Мы ели хлеб с вареньем и болтали ногами. Над нами важно проплывали толстые белые облака, а солнце светило изо всех сил, и макушка у меня стала горячая, как печка. — Коль, давай каждый день по деревьям лазить! Утром будем залезать, а вечером слезать. И обедать будем на дереве, и уроки учить, а в школу ходить не будем. — Давай. Я высоту люблю. Обязательно лётчиком стану, когда вырасту. — Коль, а мне кем стать? — Артисткой. Ты поёшь здорово. — Правда, Коль?! Честное слово, я хорошо пою? — Мне нравится. Вот ты вчера во дворе пела «Как провожают пароходы», а я сидел дома и слушал. Я даже радио выключил.
— А хочешь, я сейчас спою? — Давай. И я запела: Как провожают пароходы-ы, Совсем не так, как поезда-а-а… Я ужасно старалась. Украдкой я посматривала на Колю. У Коли было задумчивое и серьёзное лицо. Он смотрел вдаль. Может быть, он думал о том, как станет лётчиком, когда вырастет. Вода, вода, — Кругом вода… — пела я. И вдруг я услышала: — Эй, Люська, где ты? Под деревом стоял Павлик Иванов. Мы с Колей замерли. От этого Иванова только и жди неприятностей! Ведь он всем разболтает, что мы на дерево залезли. И достанется же нам тогда от родителей! И во дворе станут дразнить «жених и невеста»… Иванов походил вокруг песочницы, поглядел по сторонам. — Люська! — заорал он. — Выходи! Я тебя нашёл! Ты в подвале сидишь! В это время из подъезда вышла моя Люська. — С чего это ты решил, что я в подвале сижу? — удивилась Люська. — Да не ты! — сказал Павлик Иванов. — Тут Синицына где-то спряталась и оттуда поёт. Давай её искать? — Вот ещё! — сказала Люська. — Сама отыщется… И потом, разве она умеет петь? Пищит, как цыплёнок. Слушать противно! — Всё-таки странно, — сказал Павлик. — Где же она? Я слышал её голос где-то рядом. — Да что ты заладил — «её голос, её голос»! Только и слышу со всех сторон: «Ах, какой у Синицыной голос! Ах, как Синицына хорошо поёт!..» Да если хочешь знать, это я её всем песням научила! Это было такое враньё, что я чуть с дерева
— Ага! — сказал Павлик. — Она точно где-то здесь! Люська завертела головой во все стороны. — Ну вот, я пошутила, а ты уж и поверил, — сказала она громким голосом. — «Как провожают пароходы» — это она меня научила. И «Ладу» и «Русское поле». А зато я её арию Ленского научила петь. А арию Ленского в сто раз интересней петь, чем «Русское поле»! И пусть не воображает, что лучше всех поёт. Подумаешь, певица нашлась! Она потянулась. — Вчера Сергей Фёдорович приехал, — сказала она всё так же громко. — Привёз мне во-от такой арбуз! И груши во-от такие! И сегодня мы с ним идём на балет «Доктор Айболит». Сейчас надену своё синее платье, туфли надену новые — красные, с дырочками — и пойдём. И она ушла. Павлика позвали, и он тоже ушёл. Мы с Колей слезли с дерева. Всё обошлось хорошо. Никто нас не видел. Никто не ругал. Я даже почти не поцарапалась. Солнце светило так же ярко. Облака были такие же белые. И было тепло. И было ещё утро. И было воскресенье. Но настроение у меня было испорчено. — Она пошла смотреть «Доктора Айболита», — сказала я. — А я так давно мечтала о «Докторе Айболите»! — Люсь, — сказал Коля, — ты ведь не кончила. Спой дальше, а! — И туфли у неё новые… Я посмотрела на свои потрескавшиеся сандалии. — Люсь, ну спой, пожалуйста. — И ей привезли арбуз. Всё-таки несправедливо. Почему всё ей? — Ты будешь петь дальше? — сказал Коля. — И груши, — сказала я. И мне захотелось плакать. Тут Коля посмотрел на меня как-то странно. — Ну ладно, я пойду, — вдруг сказал Коля. — Ты меня, пожалуйста, извини. Меня ждёт мама. Он повернулся и пошёл. — Коль! Он не остановился. Он шёл к подъезду. Ну и пусть! Много о себе думает! Что я такого сказала? Ну что? Коля уходил. Я знала, почему он уходит. Колина спина мелькнула на площадке второго этажа. Я знала, знала, почему он уходит! — Постой! — крикнула я и побежала его догонять. Я догнала его только на третьем этаже. — Коль! — забормотала я. — Подожди! Ну подожди, пожалуйста! Я… я хочу тебе одну загадку загадать.

On the bookshelvesAll

Natali

Детская

Счастливые истории

3-4 класс

potbei

Детские книги

asimm

детям

Related booksAll

Related booksAll

Ирина Пивоварова
Од­на­жды Катя с Ма­неч­кой

Ирина Пивоварова

Однажды Катя с Манечкой

Ирина Пивоварова

Тройка с минусом, или Происшествие в 5 «А»

Ирина Пивоварова, Пётр Синявский

Скороболтушки

Ирина Пивоварова

Верная собака Уран

Юрий Томин

Шел по городу волшебник

Юрий Дьяконов

Восемь волшебных желудей

Константин Сергиенко

Картонное сердце (с иллюстрациями В. Пивоварова)

On the bookshelvesAll

Детская

Детские книги

Don’t give a book.
Give a library.
fb2epubzip
Drag & drop your files (not more than 5 at once)