Ребека Уна

Отключай

    alinahas quoted2 years ago
    Люди смотрят друг на друга и чувствуют, что должны поцеловаться. Потому что не поцеловаться не могут. Это тоже химия
    мамАняhas quoted2 years ago
    Чем люди ближе, тем чаще ссорятся
    Stella Readshas quoted3 months ago
    — Ты ведь знаешь, что это почти невозможно. Все намного хуже, чем кажется. Нет никакого края света. Нас могут заметить уже завтра. Или уже заметили. Но вдруг есть и другие отключившиеся?
    Stella Readshas quoted3 months ago
    Утром я узнала, что мамы давно нет. Она ушла, наверное, сразу после Ины. Мама тоже умерла во время вшивания. И совсем не из-за технической ошибки, как мы читали в новостях, а из-за хорошо продуманного плана. Микросхемы созданы в соответствии с ДНК совершенного человека. Для дефективных и провинившихся пребывание в системе невозможно. Я помню, что говорила Ала. Не бойся. Организм не отторгнет микросхему.

    Истинная правда. Организм не отторгает, потому что гибнет. Только и всего. Микросхема побеждает.
    Stella Readshas quoted3 months ago
    В системе еще есть люди, которые не избавились от чувств. В данном случае — это я и мама. Кто виделся с живыми близкими, те, потеряв их, испытывают чувство, похожее на скорбь. Потому в системе и обсуждается, так ли уж полезны встречи, и особенно — совместная жизнь родителей и детей. Не тормоз ли это на пути эволюции.
    Stella Readshas quoted3 months ago
    Мы избавились от всего, в том числе и от скорби.
    Stella Readshas quoted3 months ago
    У нее есть долгая жизненная история, созданная на годы вперед. Я могла бы с ней поговорить, и довольно свободно, потому что Ина создала себя так, чтобы у ее биона был богатый словарный запас. В него введены несколько тысяч ответов на разные вопросы, как если бы и правда говорила она сама — живая, несовершенная Ина с разбитой коленкой.

    Ее фото и видео будут вечно жить в системе, и все будут видеть Ину, как видели до сих пор. Разницы, можно сказать, никакой. Друзья Ины смогут и дальше создавать для себя ее двойников по своему вкусу и пониманию.
    Stella Readshas quoted3 months ago
    Он огорчен, — отвечает мама.

    И показывает. Так и есть. Я огорчен, — написано у него на стене. Потерял двести первого ребенка. Имя, фамилия. Дата. Возраст. Зеленый цвет показывает, что он подключен, и ему могут прислать тысячи комментариев по этому поводу. Раньше такие комментарии назывались соболезнованиями
    Stella Readshas quoted3 months ago
    Нельзя сказать, чтобы мы себя обделили, мы просто перенесли всё в другой мир. Теперь физический мир стал чистым, спокойным, без грязи, без необходимости усмирять одуревших подростков или гнаться по улице за обидчиком, отнявшим у прохожего сумку. А сколько мы сэкономили, отказавшись от ненужных профессий
    Stella Readshas quoted3 months ago
    — Я имею в виду, действовать по-настоящему, — говорит Мантас.

    — Как в старину?

    Мантас не называет это стариной. Он убежден, что эта старина живет в нас и никуда мы от нее не убежим.
    Stella Readshas quoted3 months ago
    Ты была зачата старым способом.
    Stella Readshas quoted3 months ago
    Терапия тебе помогает не высовываться, словно бы замаскироваться. Система не цепляется к тебе, пока ты в ней и ее не разрушаешь. Однако если во время операции ты покажешься слишком… неисправимой, сама знаешь, что будет.

    Знаю, что будет. Но неужели мне это угрожает? Разве
    Stella Readshas quoted3 months ago
    Я способна час-другой не проверять других. Не смотреть, что они делают. Но потом неумолимо начинают вырабатываться гормоны стресса, и мозги охватывает беспокойство: подключись, подключись. Даже мне — медлительной тихоне — надо быть со всеми.

    Как он смог?

    — Это должен быть тот человек, — говорит Дана.
    Stella Readshas quoted3 months ago
    Сейчас мы друг про друга знаем почти всё — почти, потому что, если мы отключены, нас будто бы и нет. Если ты в это время что-то делаешь или говоришь, это не попадает в систему и никто не поверит, что ты это делал или говорил. Тысячи людей в системе засвидетельствуют, что тебя не было.
    Stella Readshas quoted3 months ago
    — Мне хорошо, когда снятся сны, — говорит Дана. — Хорошо, — повторяет она и начинает напевать, сложив руки на коленях. — Как будто я снова живу. Не я, но словно бы и я. В совсем другом мире, — усмехается она. — Так и время быстрее пролетает.
    Stella Readshas quoted3 months ago
    Дана не считается. Все незрячие в нашем обществе не считаются. Что ты можешь делать без глаз? Но я ее навещаю — само собой, отключившись. Потому что Ала, учительница и другие сказали бы, что я напрасно трачу время. Хорошо еще, что мама не возражает. У Даны нет глаз, она не может общаться нормально, как мы, и потому я с ней общаюсь прадедовским способом, напрямую.
    Stella Readshas quoted3 months ago
    Она не может меня заставить и знает это. В нашей жизни существуют только рекомендации. Мы сами решаем, что делать. Но решаем всегда одинаково, вот что странно. Кто-нибудь уже об этом задумывался?
    Stella Readshas quoted3 months ago
    Чтобы я не перестаралась. Ты же знаешь, теперь нет никаких запретов, только рекомендации
    oooaaahas quoted3 months ago
    Теперь его очередь, он читает «Чайку по имени Джонатан Ливингстон», потом берет Библию — книгу, которая некогда была самой популярной, и это свидетельствует об извращенной тяге предков к божественному.

    «Если я пойду и долиною смертной тени, не убоюсь зла, потому что Ты со мной».

    Долина… Долина… Стараюсь вспомнить, когда видела ее в системе. Закрываю глаза и вижу стадион, местами зеленый, местами серый, — а на нем вижу себя и Ину.
    oooaaahas quoted3 months ago
    Сегодня удается побегать. Еще тогда, когда там, в парке, ждала Алу, суставы просили движения. Уже на первом круге начинает рассеиваться туман, который обычно зависает над мыслями. Этого тумана не замечаешь, потому что мысли постоянно работают в разных направлениях. Туман, наверное, воображаемый, однако каждый раз он рассеивается
fb2epub
Drag & drop your files (not more than 5 at once)