ru
Марта Кетро

Книга обманов

Notify me when the book’s added
To read this book, upload an EPUB or FB2 file to Bookmate. How do I upload a book?
    Светланаhas quotedlast year
    Сила не в том, чтобы удержать, а в том, чтобы перестать цепляться
    Светланаhas quotedlast year
    Потом скажешь «я отпустила», и он удивится — «можно подумать, был шанс удержать». «При чём тут ты. Сила не в том, чтобы удержать, а в том, чтобы перестать цепляться», — подумаешь, да не скажешь
    Светланаhas quotedlast year
    Когда заканчивается любовь, победителей не бывает, только дезертиры и проигравшие.
    Светланаhas quotedlast year
    Я затеваю танцы, которые оживят мёртвого, поднимаю большую волну, которая всё растёт, доходя до небес, чтобы она вознесла тебя ко мне и ты смог взглянуть на прекрасную зелёную землю. Но каждый раз она гаснет и ложится у твоих ног, моя радость, у твоих ног и рук.

    Потому что многое в человеческих силах, а в моих — почти всё на свете, кроме одного.

    Я не могу сделать счастливым того, кто меня не любит.
    Светланаhas quotedlast year
    Всё время возвращаюсь к давней истории, из древнейших. Я тогда влюбилась как-то очень трезво и здраво: не то что вибрации и «ах, что со мной», а просто видишь, что человек — твой, и надо брать, без него ни счастья, ни, по большому счёту, жизни не будет. Так бывает, редко, но бывает. И точно так же знаешь, что если упустишь — всё, второй возможности не положено. Оказываешься вдруг перед лицом своей единственной на все времена любви, уж какой она будет, счастливой или нет, бог весть, но в главном всё ясно.

    И одновременно с этим знанием и с развитием нашей связи во мне вырастало ощущение, что, во-первых, в этой жизни мне с любовью, кажись, не свезёт, а во-вторых, если всё-таки я этого человека приму, нынешнюю мою действительность нужно сломать. То есть никаких тройственных союзов, никаких романов на два тома (и два дома), а только уйти от одного и прийти к другому, и лучше босой — так красивей и точнее.

    Я тогда существовала разрываемая страхами — либо меня бросит огонь моего сердца, либо мне придётся принимать, как говорят политики, непопулярное решение. И при этом я очень сильно его любила. Очень. Можно разные слова подобрать, я умею, но вот о нём — горло сводит и получается только вымученно — очень. Очень. Очень.

    И виню я себя не за страх — или я не женщина, чтобы ничего не бояться? Виню за ту первую волну, которая накрыла меня при нашем последнем разговоре, когда он сказал, что всё. Сквозь боль, сквозь горе, сквозь отчаяние — подо всем, — я чувствовала низкое жалкое облегчение. Во-первых, страха во мне разом не стало, всё уже произошло. А во-вторых, теперь не нужно ничего менять. Не надо ничего ломать, никого убивать, можно пойти в своё затхлое гнездо и там сдохнуть. Что, собственно, я и сделала.

    Боль от несостоявшейся жизни, конечно, была сильной, но ушла и она, оставив на песочке обрывки, обломки, гондоны какие-то, битые бутылки. И гаже из всего оставшегося было знание, что я не справилась. Иисус, конечно, уж какой герой, а тоже молил — пронеси, но его не послушали. А мне повезло, и вышло по слову моему — чашу, в которой кипело моё счастье, пронесли мимо, любовь мою великую пронесли чуть выше моей головы, будущее пронесли, ребёнка передали с рук на руки, наши ссоры, болезни — всё меня миновало, грех заменили на мелкую подлость, казнь — на порку, а смерть — на долгое-долгое умирание, и даже не без приятности.
    Светланаhas quotedlast year
    Правда «вообще» — понятие условное
    Светланаhas quotedlast year
    Но искренность, искренность бесценна, она и есть истина именно в эту секунду бытия
    Светланаhas quotedlast year
    Какая разница, что отдавать — кровь, яд или эмоцию, если дар исходит из сердца, бывает ли он фальшивым?
    Светланаhas quotedlast year
    На свете гораздо меньше насилия, чем кажется. Человек почти всегда несёт в себе ростки собственной смерти, и не только в виде истончающихся сосудов и разрастающихся клеток, но и на уровне судьбы. Жертва манит убийцу, и самые простые поступки превращаются в долгий ритуал, привлекающий пулю, нож, бампер автомобиля, — или слово, которое однажды лишит воли.

    Мало кто «сам виноват», но многие, многие идут навстречу смерти, выбирая безошибочную дорогу, выстраивая сюжет собственной жизни так, чтобы в конце обязательно произошла эта белая вспышка, яркий финал и наступил момент озарения, когда наконечник стрелы и цель наконец-то сливаются в точке совершенства, покоя и правильности всего.
    Светланаhas quotedlast year
    Бывает, что любовь — не погоня, не череда обманов и маленьких, но непростительных преступлений друг перед другом. Говорят, — и я, знаешь, верю, — что счастье бывает каждый день, его не выдают изредка, вместе с выпивкой, травкой и адюльтером, оно всегда в воздухе, разлито как медленное молоко. Как в нас с тобой сейчас живёт ежедневная горечь, так, говорят, бывает — счастье. Утром просыпаешься, поворачиваешь голову — и вот оно, дышит. А ты смотришь на него и не плачешь, как случается, когда тебя не любят. И не злишься, как случается, когда не любишь ты. Просто ждёшь, что откроет глаза и улыбнётся. И покой у вас один на двоих, и солнце, и дыхание, и страсть, и старость. И солнце такое — каждый день. У меня этого никогда не было, но мне, Катя, хотелось бы.
    Светланаhas quotedlast year
    Ты, наверное, права во всём: что не надо чувствовать, а нужно превращать жизнь в текст, а людей — в персонажи. Что сердце — лишь промежуточное звено в механизме этой великой переработки. Правда же, «с начала было Слово»? Нигде ведь не сказано, что сначала кто-то проснулся от любви, оттого, что она, как свет, трогала его сомкнутые веки.
    Светланаhas quotedlast year
    Катя встретилась лицом к лицу с давним страхом: собственные остро заточенные инструменты обратились против неё и вспороли прохладную алмазную броню. Вся сила чувств и чувственности, которую она использовала только для манипуляций людьми, льётся сейчас в образовавшиеся раны, растравляя то живое, что тщательно оберегалось тремя «не» — не привязываться, не вовлекаться, не расслабляться. И предыдущий ежедневный подвиг, вечный Mein Kampf с собой, обесценивается, оказывается не просто глупостью, но напрасной тратой бесценной жизни в стремлении к ложной цели.

    Может быть. А
    Светланаhas quotedlast year
    для успеха, помимо трудолюбия и таланта, необходим серьёзный процент везения. Оказаться в нужном месте в нужное время, да ещё обладать каким-то пустяковым качеством или, наоборот, не иметь мелкого недостатка, который помешает чему-то важному
    Светланаhas quotedlast year
    Опираться можно лишь на то, что оказывает сопротивление…
    Светланаhas quotedlast year
    Не ощущала страха, только грусть, глубокую, как самая холодная река, самое сердитое море, самый тёмный лес. Эта глубина могла забрать всё что угодно: и память, и преступление, и боль, и всего человека. Такой грустью хорошо укрывать прошлое, когда кончается любовь, — больно не будет, будет никак
    Светланаhas quotedlast year
    побеждает, Оля, тот, кто слушает паузы
    Светланаhas quotedlast year
    говоришь по-настоящему важные вещи, а их нетерпеливо пропускают, ожидая, когда же самое главное, «да» или «нет». А побеждает, Оля, тот, кто слушает паузы
    Светланаhas quotedlast year
    Мужчины — прекраснодушные теоретики, всегда готовы к мистическому озарению и пониманию чего угодно, но доподлинно они не знают. Мясом — не чувствуют. Они даже не способны толком испугаться смерти. Их плоти не знакомо ни животное ликование творца, ни чёрный ужас перед полной и окончательной гибелью
    Светланаhas quotedlast year
    Женская Богиня родила жизнь в муках и дорожит ею превыше всего на свете, потому что точно знает: смерть — есть
    Светланаhas quotedlast year
    Это свойство молодых — злиться на неумных собеседников. Мудрые существа используют чужие промахи, как в айкидо — энергию атакующего, себе на пользу. Или просто умиляются, вспоминая себя, но вечность назад
fb2epub
Drag & drop your files (not more than 5 at once)